Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Categories:

Из истории борьбы с культом личности при Хрущёве (I)

Сделал выдержки, относящиеся к Великой Отечественной войне и подготовке к ней.



Глава III

ПОСТЕПЕННОЕ СКЛАДЫВАНИЕ КУЛЬТА ЛИЧНОСТИ СТАЛИНА И ПРЕВРАЩЕНИЕ ЕГО В ТОРМОЗ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В НАШЕЙ СТРАНЕ



К 1934 году в нашей стране был построен фундамент социализма. Была создана мощная индустрия, в деревне победил колхозный строй, успешно развивалась культурная революция. Советский Союз вступил в период завершения социалистической реконструкции народного хозяйства. Партия, советский народ законно гордились своими успехами. Преодолевая многие трудности, они твердо и уверенно шли вперед.

Однако этому победному шествию все больше и больше мешал культ личности Сталина, который постепенно сложился к XVII съезду ВКП(б). Ненормальная обстановка, складывавшаяся в партии в связи с культом личности, вызывала тревогу у части коммунистов, особенно у старых ленинских кадров. Многие делегаты съезда, прежде всего те из них, кто был знаком с завещанием В. И. Ленина, считали, что наступило время переместить Сталина с поста генерального секретаря на другую работу.

Именно в это время, 1 декабря 1934 года в Ленинграде злодейски был убит один из виднейших деятелей Коммунистической партии и Советского государства С. М. Киров. Это было заранее продуманное преступление, обстоятельства которого, как сообщил Н. С. Хрущев на XXII съезде КПСС, еще выясняются. Убийство Кирова Сталин использовал как повод для организации расправы со всеми неугодными ему людьми. Последовали многочисленные аресты. Начались самые грубые и самые тяжелые проявления культа личности Сталина. Остановимся на некоторых из них.



4. Отрицательное влияние культа личности Сталина на укрепление обороноспособности страны. Тяжело отразился культ личности Сталина на укреплении обороноспособности Советского Союза накануне Великой Отечественной войны против фашистской Германии. Далеко не достаточно использовались огромные возможности, созданные самоотверженным трудом советского народа в годы пятилеток, для массового производства новейших типов вооружения. Обстановка подозрительности, явившаяся одним из следствий культа личности, вела к тому, что новейшие образцы оружия и боевой техники излишне засекречивались и медленно вводились в армию. А это вело к тому, что к началу войны по количеству новой и новейшей техники мы далеко уступали фашистской Германии.

Серьезные недостатки были допущены в политико-воспитательной работе. Личному составу безоговорочно прививалась мысль о том, что при любых условиях Советская Армия будет только наступать, что она завоюет победу «малой кровью» и разобьет врага на его собственной территории. Ошибка устной и печатной пропаганды состояла в том, что эту правильную доктрину провозглашали абстрактно, в отрыве от задач личного состава Армии и Флота, не подчеркивали, что победа в бою не приходит сама, она достигается высокой выучкой, дисциплиной и организованностью. В воспитательной работе с личным составом стали появляться нотки бахвальства, верхоглядства. Все это способствовало порождению атмосферы благодушия, парадности, шапкозакидательства, понижало требовательность к организации непрерывной и напряженной боевой учебы, вело к упрощенчеству и послаблениям в подготовке войск. В апреле 1940 года Центральный Комитет партии провел специальное совещание военных работников, на котором были подвергнуты суровой критике состояние воспитания и обучения войск. ЦК резко осудил культивируемое в армии зазнайство, высокомерие и наметил целую программу перестройки политико-воспитательной работы, устной и печатной пропаганды. Однако времени для ее осуществления оставалось слишком мало, так как вскоре гитлеровская Германия напала на Советский Союз.

Не все благополучно обстояло у нас и с укомплектованием Красной Армии военными и военно-политическими кадрами. Здесь особенно отрицательную роль сыграл культ личности Сталина. Неправильный тезис Сталина об обострении классовой борьбы по мере нашего продвижения к социализму был положен в основу ошибочного лозунга «большевизации РККА», выдвинутого весной 1938 года на Всеармейском совещании политработников с участием командиров. Этот лозунг уводил командиров и партийно-политический аппарат на ложный путь выискивания отдельных промахов и недостатков, «разоблачения» замаскировавшихся «врагов народа». Он был использован в авантюристических целях ежово-бериевской бандой, которая под флагом «большевизации» армии сеяла огульное недоверие к армейским кадрам, подвергала их массовым репрессиям.

Только в 1937—1938 годах в армии и на флоте были репрессированы десятки тысяч человек(1). Было уничтожено несколько слоев командных кадров, начиная буквально от роты и батальона и до высших армейских центров, в том числе почти полностью были уничтожены те командные кадры, которые получили какой-то опыт ведения войны в Испании и на Дальнем Востоке. «Жертвами репрессий, — говорил Н. С. Хрущев в заключительном слове на XXII съезде КПСС, — стали такие видные военачальники, как Тухачевский, Якир, Уборевич, Корк, Егоров, Эйдеман и другие. Это были заслуженные люди нашей армии, особенно Тухачевский, Якир и Уборевич, они были видными полководцами. А позже были репрессированы Блюхер и другие видные военачальники»(2).

Массовые репрессии против военных кадров привели к тому, что к началу Великой Отечественной войны на должности командира полка и выше редко можно было встретить офицера или генерала, который занимал бы должность более полугода. А это подрывало боеспособность войск и их дисциплину, сеяло недоверие к командирам и политработникам, мешало воспитанию смелости, самостоятельности, инициативы и других качеств, необходимых в современном бою. В связи с массовыми репрессиями теоретическая и практическая подготовка значительной части командного состава всех степеней не соответствовала в полной мере требованиям современной большой войны. На командные должности очень часто попадали люди, которые не имели ни достаточных знаний, ни нужного опыта работы в новых для них условиях и в новых масштабах. Известно, например, что осенняя проверка 1940 года, проведенная в стрелковых частях, показала, что из 225 командиров полков, привлеченных на сборы, ни одного человека не оказалось с академическим образованием, 25 человек окончили военные училища, а остальные 200 — курсы младших лейтенантов. Такая же примерно картина была и в других родах войск(3).

Много недостатков было в организации нашей армии. Если с организацией и штатами стрелкового корпуса и стрелковой дивизии у нас обстояло дело неплохо, то с другими родами войск было не все благополучно. У нас очень слабо была механизирована тяга войсковой артиллерии. Отставала организация зенитной артиллерии, где высшей организационной единицей был отдельный зенитный артиллерийский дивизион. И это в то время, когда авиация стала применяться массированно. Еще хуже было с организацией бронетанковых войск. Неправильно понятый опыт войны в Испании привел к тому, что наши танковые корпуса (хорошо сколоченные и имеющие большое количество танков) были расформированы, и высшим организационным соединением танков осталась танковая бригада. Когда же первоначально на полях Польши (в 1939 году), а затем во Франции (в 1940 году) стали применяться крупные танковые массы гитлеровцев, наш Генеральный штаб пересмотрел свои взгляды на танковые соединения и приступил к созданию механизированных корпусов в составе двух танковых и одной мотострелковой дивизий, причем механизированные корпуса должны были составить 30 процентов всех наших сухопутных войск. Однако решить эту задачу мы не успели. Вскоре началась война. Потребовались огромные усилия, чтобы исправить указанные недостатки и ошибки, порожденные культом личности, уже в ходе начавшейся войны.

Таковы основные проявления культа личности Сталина после XVII съезда партии. Отказ от ленинских принципов, нарушения социалистической законности, массовые репрессии и т. д. нанесли серьезный ущерб Коммунистической партии, социалистическому строительству. Вредные последствия культа личности Сталина проявились и в годы Великой Отечественной войны Советского Союза.

Глава IV

ВРЕДНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ КУЛЬТА ЛИЧНОСТИ СТАЛИНА В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ И В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД

Ранним утром 22 июня 1941 года фашистская Германия без объявления войны внезапно напала на Советский Союз. Она вероломно нарушила договор о ненападении, подписанный в августе 1939 года между СССР и Германией.

Гитлеровская Германия обрушила на Советский Союз удар огромной силы. Она двинула на советскую землю 190 дивизий, почти 5 тыс. самолетов, свыше 3 тыс. 500 танков, более 50 тыс. орудий и минометов. В первый же день войны на широком фронте от Баренцева до Черного морей широкой рекой пролилась кровь советских людей, не ожидавших злобного, коварного, вероломного нападения.

Правящие круги гитлеровской Германии, начиная войну против СССР, планировали физическое истребление десятков миллионов советских людей, расчленение нашей Родины, превращение ее в колонию «великой германской империи», использование природных богатств нашей страны для завоевания мирового господства германского империализма.

Внезапное нападение гитлеровских войск поставило Советскую страну и Красную Армию в исключительно тяжелые условия. Советские войска, прикрывавшие государственные границы, оказали агрессору героическое сопротивление, но в неравной борьбе с превосходящими силами противника, понеся тяжелые потери в людях и технике, вынуждены были отступать в глубь страны. К началу июля 1941 года враг занял Литву, часть Молдавии и Латвии, Западную Белоруссию и Западную Украину. Над Советской страной нависла смертельная опасность.

Как же могло случиться, что врагу в начальный период войны удалось захватить, оккупировать значительную часть советской территории? Чем объяснить неудачи Советского Союза и его армии в начале войны?

Важнейшей причиной, породившей неудачи Красной Армии в начале войны, были тяжелые последствия культа личности Сталина, причинившего огромный вред стране, народу и армии.

Известно, что Сталин, сосредоточив в своих руках большую власть и злоупотребляя доверием партии и народа, единолично принимал решения по важнейшим государственным и военным вопросам. Не считаясь с реальными фактами, предложениями и мнением партийных, советских и военных работников, Сталин допустил серьезный просчет в оценке военно-стратегической обстановки, сложившейся накануне войны. Он считал, что Германия не решится в ближайшее время нарушить заключенный с СССР пакт о ненападении. Сталин располагал достоверными сведениями о концентрации немецко-фашистских войск вдоль советской границы и даже о дне нападения гитлеровской Германии, однако не проявил бдительности и не принял необходимых мер для отпора агрессору.

Вот некоторые примеры.

Начиная с февраля и до середины июня 1941 года проходило сосредоточение немецко-фашистских войск у наших западных границ. К 1 июня для нападения на СССР было сосредоточено 120—122 немецкие дивизии. В правительство поступали также сведения и о вероятных сроках перехода немецко-фашистской армии в наступление. Такими датами назывались вначале 15, 21 мая, затем 15 июня и, наконец, 22 июня.

Но Сталин с недоверием относился к данным разведки и докладам командующих округами о признаках готовившегося нападения на СССР, расценивал их как провокационные.

Готовя нападение на Советский Союз, германское командование стремилось тщательно разведать советские пограничные районы, оборонительные сооружения, укрепления, аэродромы, места расположения войск, военно-морские базы, оборонительные объекты на побережье. С этой целью оно забрасывало большое количество агентов для разведки и диверсий. Количество вражеской агентуры в первом квартале 1941 года увеличилось в 15—20 раз по сравнению с первым кварталом 1940 года, а во втором квартале 1941 года — в 25—30 раз по сравнению со вторым кварталом 1940 года.

Вражеская разведка велась и с воздуха. С октября 1939 года до начала войны над территорией западных областей Украины и Белоруссии немецкие самолеты появлялись более 500 раз. Интенсивность воздушной разведки все возрастала. С января 1941 года и до начала войны имело место 152 нарушения границы немецко-фашистскими самолетами.

Борьба с вражеской воздушной разведкой возлагалась на пограничные войска и части приграничных военных округов. Но, как стало известно лишь впоследствии, матерый враг партии и народа, шпион и провокатор Берия еще в марте 1940 года категорически запретил пограничным войскам открывать огонь по германским самолетам-нарушителям, а также добивался, чтобы части Красной Армии и корабли Военно-Морского Флота не включались в борьбу немецкой авиацией. Он фактически открыл советское воздушное пространство для вражеской разведки.

О готовящемся нападении фашистской Германии на СССР сообщали даже наши недруги. Делали они это не из-за добрых чувств к советскому народу. Исходя из своих собственных интересов (как можно быстрее вовлечь СССР в военный конфликт с Германией), правительства США и Англии решили предупредить Советское правительство о возможности нападения Германии на Советский Союз. Первое такое сообщение было сделано в начале 1941 года заместителем государственного секретаря США Уэллесом в беседе с советским послом в Вашингтоне. Затем 19 апреля 1941 года в Наркоминдел СССР поступило адресованное Сталину послание бывшего премьер-министра Великобритании У. Черчилля, в котором говорилось: «Я получил от заслуживающего доверия агента достоверную информацию о том, что немцы после того, как они решили, что Югославия находится в их сетях, то есть после 20 марта, начали переброску в южную часть Польши трех из находящихся в Румынии пяти бронетанковых дивизий. В тот момент, когда они узнали о сербской революции, это передвижение была отменено. Ваше Превосходительство легко оценит значение этих фактов»(4).

Предупреждения правительств США и Англии лишь дополняли те сведения, которыми уже располагало Советское правительство.

В создавшейся обстановке крайне важно было сочетать величайшую бдительность и осторожность по отношению к возможным провокациям и строгое соблюдение советско-германского договора о ненападении, одновременно принимая необходимые меры по приведению Вооруженных Сил СССР в полную повышенную боевую готовность. Вместо этого просьбы некоторых командующих приграничными военными округами разрешить им заблаговременно выдвинуть войска на оборонительные рубежи вблизи границ и привести их в боевую готовность отвергались Сталиным. В условиях культа личности не были полностью использованы все возможности для повышения обороноспособности страны. Перестройка военной промышленности для производства новейших видов вооружения к началу войны еще не закончилась. Поэтому затягивалось оснащение Красной Армии новой боевой техникой. К началу войны в пяти приграничных военных округах насчитывалось 508 танков КВ и 967 танков Т-34. Основную массу танкового парка составляли танки Т-26 и БТ-7, уже снятые с производства и уступавшие па своим боевым качествам немецким танкам.

Подобная же картина наблюдалась и в авиации. К началу войны в западных приграничных округах самолетов новых конструкций насчитывалось 1774, что составляло примерно 22% общего числа наличных самолетов.

Строительство оборонительных сооружений и оснащение укрепленных приграничных районов шли крайне медленно.

Все это вызывало большую тревогу у партийных органов союзных республик и у командования западными приграничными военными округами. Приведем только один пример. В апреле 1941 года секретарь ЦК КП(б)У Н. С. Хрущев и командование Киевским особым военным округом в специальном донесении Сталину обращали его внимание на медлительность работ по укреплению границы, просили укомплектовать личный состав укрепленных районов, обязать промышленность доставить в срок бетонные сооружения и недостающее вооружение, разрешить привлечь для ускорения строительных работ 105 тысяч человек гражданского населения, чтобы закончить все работы к 1 июня 1941 года. Сталин оставил без внимания эти сигналы, просьбы и предложения(5).

Отсутствие у Сталина бдительности в отношении фашизма отразилось на успокаивающем тоне печати и передач по радио. Так, в сообщении ТАСС от 14 июня 1941 года о советско-германских отношениях говорилось, что распространяемые иностранной, особенно английской, печатью заявления о приближающейся войне между СССР и Германией не имеют никаких оснований, так как не только СССР, но и Германия неуклонно соблюдают условия советско-германского договора о ненападении, и что, «по мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы...». Такое категорическое опровержение всех имевшихся данных о готовящемся вторжении гитлеровской армии оказало отрицательное влияние на боеготовность Советских Вооруженных Сил, ослабило бдительность советского народа и его армии. Германское правительство не реагировало на сообщение ТАСС и не опубликовало его в печати своей страны.

Только 21 июня 1941 года, когда поступили неопровержимые данные о том, что 22—23 июня немецкая армия нападет на нашу страну, Советское правительство приняло решение предупредить командование приграничными военными округами и военно-морскими флотами о грозящей опасности и привести Вооруженные Силы в боевую готовность. Директива о приведении в боевую готовность сухопутных и военно-воздушных сил западных приграничных военных округов Красной Армии была передана Военным советам этих округов в половине первого часа ночи 22 июня. Однако из-за неправильной организации передачи директивы непосредственным исполнителям многие из них узнали о содержании этого документа уже после начала боевых действий. В директиве указывалось, что 22—23 июня возможно внезапное нападение немецкой армии на войска западных военных округов. Нападение, говорилось в директиве, может начаться с провокационных действий. Руководство Наркомата обороны потребовало не поддаваться ни на какие провокации, «могущие вызвать крупные осложнения». Для того чтобы войска Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов могли в полной боевой готовности встретить удар врага, командующим военными округами было приказано:

«а) В течение ночи на 22.6.41 скрытно занять огневые точки укрепленных районов на госгранице.
б) Перед рассветом 22.6.4) рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировав.
в) Все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно.
г) Противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов.
д) Никаких других мероприятий без особых распоряжений не проводить»(6).

Просчет Сталина в оценке военно-стратегической обстановки в условиях реальной угрозы нападения фашистской Германии, запоздалое развертывание советских поиск у западных границ предопределили тяжелые поражения советских войск в начале войны. Они понесли большие потери в людях и технике, вынуждены были отступать в глубь страны. Это явилось также и следствием злоупотреблений Сталиным властью. Как говорилось выше, незадолго до нападения фашистской Германии Советской Армии был нанесен огромный ущерб. Ее лучшие руководящие командные и политические кадры были необоснованно отстранены от руководства войсками и стали жертвами репрессий. Грубый произвол Сталина привел к гибели многих тысяч преданных партии и народу советских командиров, видных военачальников.

Серьезные ошибки допустили и бывшие руководители Наркомата обороны и Генерального штаба — Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко и генерал армии Г. К. Жуков. Они не сделали правильных выводов из создавшейся военно-стратегической обстановки, не приняли всех зависящих от них мер для приведения войск в состояние высокой боевой готовности. В результате всего этого советские войска, весь наш народ вынуждены были нести тяжелые жертвы.

В краткой биографии И. В. Сталина утверждалось, что «Сталин встал во главе Вооруженных Сил СССР, возглавил борьбу советского народа против злейшего и коварного врага — германского фашизма»(7), что он «спас страну от гибели», что его «гений указал путь к победе» и его «воля привела страну к победе»(8), что «Сталин вдохновил советский народ на отпор врагу, Сталин привел советский народ к победе»(9). Этим самым принижалась роль партии, ее ЦК, роль советского народа в завоевании всемирно-исторических побед в войне.

Конечно, Сталин возглавил Государственный комитет обороны, был Верховным главнокомандующим. Партия, ее ЦК возложили на него большую ответственность за организацию отпора врагу. Как и многие другие руководящие партийные, государственные и военные деятели, он выполнял сложные обязанности и задачи по мобилизации всех сил народа на разгром фашистских захватчиков. Однако было бы неправильно победы нашей партии и народа приписывать одному человеку.

С самого начала Великой Отечественной войны Коммунистическая партия выступила вдохновителем, организатором и боевым руководителем советского народа и его армии в борьбе против фашистской Германии.

В годы Великой Отечественной войны партия руководствовалась заветом великого Ленина, который говорил: «...раз дело дошло до войны, то все должно быть подчинено интересам войны, вся внутренняя жизнь страны должна быть подчинена войне, ни малейшее колебание на этот счет недопустимо»(10).

Первыми партийными документами, в которых нашла ясное и четкое отражение организующая и вдохновляющая роль Коммунистической партии, явились Заявление Советского правительства от 22 июня и особенно — директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) партийным и советским организациям прифронтовых областей от 29 июня 1941 года. Этот документ, представляющий собой плод коллективной работы ряда членов ЦК и аппарата ЦК партии, четко определил цели Великой Отечественной войны, излагал стройную программу деятельности партийных и советских органов в новой обстановке. Директива легла и основу последующих заявлений и выступлений деятелей партии и Советского государства (в том числе и речи И. В. Сталина по радио 3 июля 1941 года, которую в период культа личности считали плодом индивидуального творчества).

В условиях войны руководство партии Вооруженными Силами неизмеримо возросло. Этого требовала сама объективная обстановка. От боевого могущества Красной Армии в решающей степени зависел ход и исход войны. Поэтому вопросы укрепления Вооруженных Сил и направления их боевой деятельности стали в центре внимания Коммунистической партии. Партия послала в армию свои лучшие силы. Из 139 членов и кандидатов в члены ЦК около 60 человек находились на фронтах Великой Отечественной войны. Активно участвовали в руководстве войсками такие видные деятели партии, как К. Е. Ворошилов, А. А. Жданов. Д. З. Мануильский, Н. С. Хрущев, А. С. Щербаков и др. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин часто бывал на фронтах и у рабочих тыловых предприятий. Члены Государственного комитета обороны Н. А. Вознесенский, А. И. Микоян, секретарь ЦК А. А. Андреев, председатель ВЦСПС Н. М. Шверник возглавили важнейшие участки народного хозяйства, обеспечивавшие снабжение Красной Армии.

За первый год войны только из тыловых районов страны (без Прибалтики, Белоруссии, Украины, Молдавии) в Красную Армию пришли 120 секретарей обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик. Эти и другие опытные партийные работники, получив указания ЦК ВКП(б), взяли на себя ответственность за важные участки деятельности на фронте и своей организаторской и политической работой вместе с партийными организациями, политическими органами и командным составом обеспечивали победу Советских Вооруженных Сил.

Огромную роль сыграла инициатива руководящих партийных органов на местах — ЦК компартий союзных республик, обкомов и крайкомов, которые во многих случаях действовали в сложившейся обстановке вполне самостоятельно, исходя из общих директив ЦК. Особенно ярко это проявилось в деятельности партийных организаций Украины, Белоруссии, а также городов-героев Киева. Ленинграда, Одессы, Севастополя, Волгограда, оказавшихся в исключительно сложных условиях. Партийные организации городов-героев успешно осуществляли свою руководящую роль. Они организовали поголовное военное обучение взрослого населения, Максимально конкретизировали свою организаторскую и агитационно-пропагандистскую работу. Созданные здесь комитеты обороны стали органами коллективного руководства. Партийные органы опирались на широкий партийный и беспартийный актив. Все это помогло превратить такие города, как Ленинград, Одесса, Севастополь, Волгоград, Москва, не только в неприступные крепости обороны, но и в кузницы оружия и резервов для армии и флота(11).

Таким образом, во время войны партия действовала высокоорганизованно и целеустремленно. «Известно, что именно в период войны, — говорится в постановлении ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий», — члены ЦК, а также выдающиеся советские военачальники взяли в свои руки определенные участки деятельности в тылу и на фронте, самостоятельно принимали решения и своей организаторской, политической, хозяйственной и военной работой, вместе с местными партийными и советскими организациями обеспечивали победу советского народа в войне»(12).

Приведенные факты говорят о том, что не Сталин, а вся партия во главе с Центральным Комитетом выступила организатором и вдохновителем советского народа на Великую Отечественную войну. Руководство партии — могучий источник исторических побед советского народа и его армии над немецко-фашистскими захватчиками.

В мудром руководстве партии прежде всего заключалась величайшая жизненная сила советского строя, источник его крепости и непобедимости. В 1920 году на IX съезде партии В. И. Ленин, отвечая на вопрос, как могло произойти такое чудо, что молодая Советская Страна, едва став на ноги, разоренная и голодная, разгромила армии интервентов и белогвардейцев, говорил: «... только благодаря тому, что партия была на страже, что партия была строжайше дисциплинирована, и потому, что авторитет партии объединял все ведомства и учреждения, и по лозунгу, который был дан ЦК, как один человек шли десятки, сотни, тысячи, и в конечном счете миллионы, и только потому, что неслыханные жертвы были принесены, — только поэтому чудо, которое произошло, могло произойти»(13).

Так было и в годы Великой Отечественной войны. За Коммунистической партией шли на боевые и трудовые подвиги, на тяжелые жертвы миллионы советских людей, все народы необъятной Советской страны. В самых тяжелых условиях, вызванных внезапностью нападения, неудачами на первом этапе военных действии и временной потери большой территории, они сумели мобилизовать силы для отпора захватчикам, эвакуировать в тыл тысячи промышленных предприятий, организовать слаженное военное хозяйство, резко увеличить производство вооружения, решительно повернуть ход войны в свою пользу и добиться полной победы над врагом. Самоотверженный труд рабочих, колхозников и интеллигенции, женщин и молодежи обеспечил победу Советской Армии. История не знала таких примеров массового героизма и самопожертвования, стойкости и организованности, какие были проявлены советским народом и его доблестными Вооруженными Силами в годы Великой Отечественной войны.

В ходе Великой Отечественной войны отрицательное влияние культа личности Сталина имело место и в руководстве военными действиями. Известны случаи, когда Сталин, не вникая в конкретную обстановку на том или ином участке фронта, грубо отвергал обоснованные, разумные предложения Военных советов и командующих фронтами, принимал единоличные ошибочные решения по крупным вопросам военной стратегии. Так, в сентябре 1941 года Военный совет Юго-Западного направления (С. М. Буденный. И. С. Хрущев) обратился к Верховному главнокомандующему Сталину с докладом, в котором говорилось об исключительно тяжелом положении войск в районе Киевского выступа и вносилось предложение разрешить отвод войск на тыловой рубеж. В докладе подчеркивалось, что «промедление с отходом Юго-Западного фронта может повлечь к потере войск и огромного количества материальной части». Сталин, не вникнув в обстановку, категорически возразил против оставления Киева и отвода войск из Киевского выступа на рубеж реки Псел. Он приказал удерживать Киев любой ценой, перебросить на правое крыло фронта все силы, которые можно снять с других направлений, и во взаимодействии с Брянским фронтом разгромить конотопскую группировку противника. Сталин и Ставка не приняли эффективных мер для предотвращения назревшей катастрофы в районе Киева. В результате несколько наших армий (21, 5, 37 и 26-я) оказались в окружении фашистских войск, понесли большие потери в людях и технике. Гитлеровское командование объявило в печати, что немецкие войска захватили в районе Киева 665 тыс. пленных.

На самом деле положение было таково. Перед началом Киевской операции в составе Юго-Западного фронта насчитывалось 677 тыс. 085 человек. К концу операции в соединениях фронта, избежавших окружения и отошедших с боями на тыловые рубежи, насчитывалось 150 тыс. 541 человек. Если учесть, что войска фронта в ходе ожесточенных боев, длившихся почти весь сентябрь, понесли большие потери, то станет ясно, что число пленных не превышало одной трети первоначального состава войск, попавших в окружение. В боях в окружении был смертельно ранен командующий фронтом генерал-полковник М. П. Кирпонос, погибли член Военного совета фронта секретарь ЦК КП(б)У М. А. Бурмистенко, начальник штаба фронта генерал-майор В. И. Тупиков. В результате поражения войск Юго-Западного фронта Советский Союз потерял почти всю Левобережную Украину и Киев.

Всего этого можно было бы избежать, если бы Сталин, Ставка согласились с предложением Военного совета Юго-Западного направления.

ПРИМЕЧАНИЯ.

1. «Вопросы истории», 1963, стр. 10.
2. «XXII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет», т. II, стр. 585.
3. «Красная звезда», 1963, 6 января.
4. См. «Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентом США и премьер-министром Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941 —1945 гг.», т. 1, Госполитиздат, 1957, стр. 391.
5. См «История Коммунистической партии Советского Союза», стр. 540, 541.
6. «История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 — 1945», т. 2. Воениздат, 1961, стр. 11.
7. И. В. Сталин. Краткая биография, стр. 183.
8. Там же, стр. 219.
9. И. В. Сталин. Краткая биография, стр. 225.
10. В. И. Ленин. Соч., т. 31, стр. 112.
11. «Вопросы истории КПСС», 1959, № 5; 1961, № 3, 4; 1962, № 2.
12. «КПСС в резолюциях», ч. 4. стр. 230.
13. В. И. Ленин. Соч., т. 30. стр. 416.
Tags: 1918-1941, ВОВ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments