Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Category:

Сильный, но лёгкий рейхсвер (часть 1)

По материалам книги Маттиаса Штрёна (Matthias Strohn) The German Army and the Defence of the Reich: Military Doctrine and the Conduct of the Defensive Battle, 1918-1938 (Cambridge University Press, 2011).

Три штабные поездки, проведённые транспортным отделом (T7) войскового управления (Truppenamt) рейхсвера в период с 1921 года по осень 1922-го, основывались на разработках оперативного отдела (T1), ответственного за оперативно-стратегическое планирование сухопутной армии. Первые два концентрировались исключительно на восточных противниках (Польша и Чехословакия), а третье – на условии войны с Польшей, в то время как Франция объявила частичную мобилизацию, но ещё не начала какие-либо военные действия.

Военная игра, проведённая главой войскового управления (Отто Хассе) зимой 1922-23, основывалась на схожих предположениях. Германия в союзе с Советской Россией и Литвой воюет с Польшей, Чехословакией и Румынией. Германия выставила семь пехотных и три кавалерийские дивизии, хорошо обученные и оснащённые, а также десять второразрядных пограничных и резервных соединений. В начальной фазе игры немцы смогли нанести поражение полякам в т.н. «Польском коридоре», но вскоре становится ясно, что немецкая армия недостаточно сильна, чтобы победить поляков и чехов, немецкие силы оттесняются назад. Причём это происходит в условиях конфликта на чешско-венгерской границе, призванного снизить давление на немцев. Заключение к игре отсутствует, но, судя по ситуации, рейхсвер признал свою слабость даже в войне только на восточных границах, без учёта такого противника как Франция.

После оккупации Рура ситуация полностью меняется. В штабном учении транспортного отдела летом 1923 года основная задача – противостояние с наступающими французской и бельгийской армиями. Во второй части учения французские силы поддерживает датская армия. На востоке мобилизуются поляки, но они ещё не атаковали и предполагается, что основную часть своих сил они развернут против СССР. Чехословакия остаётся нейтральной (как и Англия, Австрия, Швейцария и северные страны). Принимая во внимание слабость рейхсвера, никаких наступлений на оперативно-стратегическом уровне не предусматривается. Целью является возведение оборонительной позиции на реке Везер и в Тюрингском лесу в Центральной Германии. Впервые упоминается «народная война» (Volkskrieg), сторонником которой был подполковник Штюльпнагель (глава оперативного отдела): она должна начаться в тылу наступающих вражеских сил и вестись всеми возможными средствами, чтобы затормозить их и дать время на подготовку оборонительных позиций.

В военной игре, проведённой зимой 1923-24, задачей снова было размещение основных немецких сил на западе с целью противостояния наступающим французским войскам. Немецкие войска делились на две группы: одна размещалась на севере за реками Везер и Верра, в то время как южная группа обороняла реку Некар и Шварцвальд. Основной целью игры было рассчитать насколько быстро можно было перевезти дополнительные войска из Восточной Пруссии (пехотная дивизия и кавалерийская бригада) на западный ТВД. Снова была создана благоприятная ситуация для немцев; на востоке всё спокойно и никаких нападений на немецкую территорию не предполагается. Данная игра показывает отчаянную ситуацию с людской силой в рейхсвере, что армия была потенциально готова оставить изолированную провинцию полностью незащищённой.

Штабная поездка транспортного отдела 1924 года снова касается французской атаки на западе. На этот раз основой развёртывания немецких войск становится «южный вариант – на реке Майн, особенно вдоль Шварцвальда. Политическая ситуация для игры в целом была более правдоподобной. Франция 13 июня объявляет войну Германии. Польша следует её примеру, тогда как Чехословакия мобилизует войска, а позиция Бельгии неясна. Остальные государства остаются нейтральными. В этой ситуации высшее армейское командование решает дать отпор французам путём ведения обороны, что соответствовало оперативно-стратегическому планированию армии. На восточной границе погранично-милиционные части должны вести сдерживающие действия. В оккупированных районах должна начаться «народная война». В соответствии с традиционным пониманием ведения оборонительного сражения, основные силы немецкой стороны (пять пехотных и треть кавалерийской дивизий) держатся в резерве с целью нанесения ударов по вражескому флангу, если представится возможность. Для содействия немецким ударам утверждается, что удалось создать ВВС из 282 истребителей и 24 разведывательных самолётов.

Схожее описание событий была и в штабной поездке 1925 года. Франция и Польша объявляют войну Германии. Ситуация отчаянная; поляки яростными атаками заставляют подумывать об отводе войск за Одер. На западе наступают французы и к середине июня немецкие войска отходят на линию Тевтонбургский лес – Кассель. На севере вторгаются датчане и заставляют отойти немцев. К концу июня противник угрожает Гамбургу и Любеку, и штабное учение приходит к эвфемистическому заключению, что ситуация «не особо благоприятна» для немцев. Тем не менее борьба продолжается, чтобы выиграть время для принятия политических решений. На этот раз это… создание англо-германского союза. При поддержке британских войск немцы теперь чувствуют себя достаточно сильными, чтобы провести наступление с целью освобождения Рура. Нереалистичные ходы вроде этого встречаются во многих штабных поездках и военных играх, вызывались пониманием слабости рейхсвера, и хотя исход военных действий было трудно принять, военные игры показывают развитие в сторону более реалистичных сценариев.

В марте 1929 года военное управление провело оценку двух игр, проведённых зимой 1927-28 и 1928-29 соответственно. Первая игра касалась нападения Польши на Германию, в то время как вторая – войны с Францией. Исход конфликта с Францией не мог быть чётче; рейхсвер был бы быстро уничтожен, а Германия – оккупирована. Однако оценка войны с Польшей тоже не была благоприятной: Германия не сможет противостоять польской атаке, если Польша сконцентрирует против неё все свои силы. Это понимание отмечалось как «низшая точка нашей военной мощи». Далее, основываясь на ситуации с оснащением на 1 октября 1927 года, исследование приходило к заключению, что Германия способна сдерживать польские силы только короткое время и с территориальными потерями в ходе боёв. В течение времени этот сценарий только ухудшался, так как всё меньше и меньше становилось подготовленных резервистов для мобилизации.

Штабные учения, проведённые в 1932 и 1933 годах на высоком уровне, с участием не только глав управления сухопутных войск и войскового управления, но и командиров обоих военных округов (Gruppenkommando), пехотных и кавалерийских дивизий, снова имели дело с нападением Франции на Германию. Первая игра (проходившая с 30 мая по 10 июня на юге Германии) описывала как французы вторглись именно в этот регион, а немцы, применяя сдерживающее сопротивление, отступили в центральную Германию. Для выглядящей сначала реалистичной игры создали нереальную ситуацию, где Германия вступила в переговоры с Италией и Австрией, которые желали вступить в войну против Франции. Все другие страны, по игре, оставались нейтральными, хотя Польша и Чехословакия морально поддерживали Францию. Более того, французы вторглись в Германию на южном направлении, оставив нетронутым жизненно важный район Рура с его промышленностью, что позволило рейхсверу продолжать войну. Для снижения темпов наступления французов было принято, что их линии снабжения слишком растянулись. Немцы перешли к сильному сопротивлению только на линии Фульда – Тюрингский лес, защищая важное оружейное производство в центральной Германии. Армия была спасена тем, что уклонялась до этого момента от решительного сражения, разменивая пространство на время. И в этот самый момент в войну вступают Италия с Австрией и французам наносится поражение. Вся эта искусственная ситуация была создана для проверки тактических и оперативно-стратегических идей и концепций, потому что без международной поддержки рейхсвер потерпел бы быстрое поражение от французской армии.

Второе учение, проходившее с 24 мая по 3 июня 1933 года в западной Германии, в схожих условиях. Хаммерстайн (глава управления сухопутных войск) отметил, что политическая ситуация «чистая фантазия» и «я сделал допущения в пользу синих [немецкая сторона], которые вообще не соответствуют нашему текущему положению». Расклады были такими: идёт война между Польшей и Россией; поляки обратились к французам за военной помощью и потребовали права прохода через территорию Германии на польско-русский фронт. Германия отклонила это заявление и Франция объявила ей войну.

В заключительном обсуждении учения Хаммерстайн указал, что французские силы представлены в их действительном количестве. Рейхсвер же, с другой стороны, имеет такую численность и структуру, «которые мы надеемся достигнуть в ближайшие несколько лет»: 100-тысячная полевая армия, усиленная 300-тысячной милицией, которую Германия создаст через три года. Из техники было три танковых батальона, 108 истребителей и шесть бомбардировочных групп [в оригинале wings, т.е. «крылья»].

Такая армия имела три варианта для противостояния французам. Во-первых, армия могла сконцентрироваться на удержании обороны по Рейну. Хаммерстайн назвал этот вариант неприемлемым, т.к. чистая оборона, по его мнению, не принесёт успеха в виде поражения французов, а только задержит их проникновение в центральную Германию. Второй вариант, который и разыгрывался, предусматривал подвижную оборону у Рейна. Переправившиеся французские части должны отражаться немецкими контрударами. В теории, этот подход выглядел самым многообещающим, т.к. немецкая армия могла показать своё превосходство в понимании манёвренной войны и, в то же время, была бы в состоянии защитить жизненно важный Рур в манёвренной кампании. Однако, даже усиленный рейхсвер, созданный для этой игры, был не в состоянии проводить такие атаки. Хаммерстайн объяснил, что «этот вид войны требует мощных сил и полностью обеспеченных дивизий, которые могут быть также использованы наступательно во фронтальных атаках против французов». Так как таких сил не было, то единственным вариантом оставалось сдать Рейн и встречать противника в центральной части страны. Снова, как и в 1932 году, было допущено, что французские линии снабжения слишком растянулись, французские фланги открыты и уязвимы для немецких ударов. Этот подход, казалось, предлагал какие-то перспективы, хотя Хаммерстайн ясно указал, что будет сложно убедить политиков и публичное мнение, что сдача немецкой территории приемлема в качестве предпосылки для победы. Но разрабатывать детальный план ведения такой кампании Хаммерстайн считал бесполезным: «Это операция для сильного». В заключительном слове он сказал, что прошедшие игры ничего более чем «мысли на будущее».
Tags: 1918-1941, Военная теория
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments