Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Отрывок из рукописи Иссерсона про Тухачевского в "Военно-историческом журнале", часть I

Записки современника о М. Н. Тухачевском

Г. Иссерсон

От редакции:

Мы публикуем часть рукописи Г. С. Иссерсона «Судьба полководца», посвященной М. Н. Тухачевскому. Рукопись состоит из десяти частей и заключения и освещает основные этапы жизни и деятельности М. Н. Тухачевского с начала его полководческого пути до трагического конца в той мере, в которой это известно автору.

Редакция не имеет возможности печатать всю работу и публикует ее последние четыре части, освещающие деятельность Тухачевского в 30-х годах и раскрывающие его еще малоизвестные военно-теоретические взгляды и прогнозы накануне Великой Отечественной войны Советского Союза.


Полководцы выдающейся революционной эпохи вызывают к себе всегда особый исторический интерес. Путь их большей частью необычен, потому что, придя в революцию из армии старого развалившегося строя, они выдвигаются из низов в особых условиях, в огне борьбы, благодаря преданности революционным идеям, своим дарованиям и энергии.

Великие идеи Ленина, вдохновившие народные массы на борьбу и победу в тяжелые годы гражданской войны, выдвинули ряд выдающихся полководцев и военных деятелей Красной Армии. Это были люди, связавшие всю свою жизнь с народом, боровшиеся за Советскую власть с первых дней Великой Октябрьской революции и сражавшиеся в рядах Красной Армии с начала ее создания. Умудренные опытом войны и получившие богатую практику в руководстве войсками и ведении операций, они достигли больших высот и стали выдающимися деятелями Вооруженных Сил Советского Союза. Когда потом на них обрушился страшный удар фальсифицированного обвинения и их жизнь оборвалась в расцвете сил и способностей, мы не узнали того, что они могли еще дать и сделать в годы большой войны, накануне которой погибли. Поэтому они вызывают к себе еще больший интерес, оставив истории ряд неясных и неразрешенных вопросов. Вот почему, раскрывая историю Советских Вооруженных Сил и советского военного искусства, нам придется еще не раз возвращаться к этим выдающимся советским полководцам прошлого. «Это были заслуженные люди нашей армии, особенно Тухачевский, Якир и Уборевич, они были видными полководцами», – так сказал о них товарищ Н. С. Хрущев на XXII съезде КПСС.

Записки современника рассказывают о жизни и деятельности одного из выдающихся советских полководцев М. Н. Тухачевского, которого автор лично знал, под руководством которого ему приходилось работать и у которого он учился.

Делясь своими воспоминаниями и впечатлениями об этом видном военном деятеле Красной Армии, автор многое рассказывает по памяти, но не сомневается в том, что правильно передает суть событий и смысл слов.

Разумеется, записки не могут и не ставят своей целью показать весь военный путь Тухачевского и полностью осветить его образ. Автор, однако, полагает, что его воспоминания могут пролить свет на деятельность Тухачевского и помочь современному поколению уяснить хоть немногое из того, что еще остается в тайниках истории.

В РАССВЕТЕ СИЛ

После М. В. Фрунзе, так рано ушедшего от нас, Тухачевский был, несомненно, наиболее выдающимся военным деятелем по своему стратегическому кругозору и оперативным способностям. Когда М. В. Фрунзе провел в 1925 году по решению ЦК партии военную реформу, имевшую историческое значение, он выдвинул Тухчевского на пост начальника штаба РККА.

В конце 20-х и начале 30-х годов М. Н. Тухачевский – уже возмужавший, зрелый, умудренный опытом, продумавший весь пройденный в гражданскую войну полководческий путь и смотревший вперед широким взглядом начальник Генерального штаба великой армии Советского Союза(1). Его блестящие стратегические и организационные способности проявились в этот период деятельности особенно ярко. Большой стратегический размах мышления, дальновидный творческий ум и особый интерес к техническим вопросам вооружения, авиации и транспорта обеспечили ему видную роль в строительстве, реконструкции и подготовке Советских Вооруженных Сил.

Во всей этой большой работе Тухачевский оставался прежде всего коммунистом. Ленинские идеи руководили им на протяжении всей его деятельности, вдохновляли его и давали ему целеустремленность.

Удивителен был путь этого человека, когда-то принадлежавшего дворянскому роду. О чем он всегда вспоминал с какой-то иронией. «Моя настоящая жизнь началась с Октябрьской революции и вступления в Красную Армию», – сказал как-то Тухачевский в узком кругу (помню, это было в 1923 году в Смоленске).

Тухачевский вовсе не родился полководцем и не стал им до Октябрьской революции, как это склонны рисовать некоторые писатели, пишущие о нем, мало его зная(2). Он стал советским полководцев и достиг высокого положения в Красной Армии потому, что стал коммунистом и глубоко проникся ленинскими идеями.

Военные способности Тухачевского нашли свое развитие и применение именно в процессе гражданской войны, в боях за Советскую власть. Именно в этой обстановке вся его деятельность слилась с революционной борьбой советского народа, и из этих политических условий он вышел и вырос как пролетарский полководец.

Высокое сознание партийного долга укрепило в нем глубокую верность убеждениям, в которые он уверовал, и слову, которое он дал. Он твердо хранил и выполнял заветы партии: глубоко знать свое депо, дерзать, смотреть вперед и отстаивать прогрессивные взгляды. Поэтому он стал передовым дальновидным военным деятелем.

Большое значение в партийном воспитании Тухачевского сыграли такие замечательные большевики, как Валериан Куйбышев и Серго Орджоникидзе, с которыми он работал во время гражданской войны. От этих ленинцев Тухачевский многое воспринял и многому научился. В своей дальнейшей деятельности Тухачевский поддерживал тесную связь с Орджоникидзе, советовался с ним, прислушивался к его мнениям и находил в нем горячую поддержку. Внезапная смерть любимого им Серго в феврале 1937 года до глубины потрясла Тухачевского.

Когда мы говорим о Тухачевском как о полководце, военном деятеле и военном ученом мы должны прежде всего иметь в виду эту его глубокую партийность и коммунистическую убежденность. Таким он вступил в период своей зрелости на поприще большой работы по реконструкции и подготовке наших Вооруженных Сил.

В конце 20-х годов вопрос о перевооружении и реорганизации армии, оснащении ее новыми современными техническими средствами борьбы и развитии каких ведущих родов войск, как военно-воздушные и бронетанковые силы, встал во весь рост и требовал настоятельного разрешения. Постановления XIV съезда партии, вступление страны в первую пятилетку и развитие промышленности позволили практически приступить к осуществлению этой задачи. Тухаческий сосредоточил всю свою творческую мысль на ее разрешении. Узкому кругу работников штаба РККА было известно, что в 1928 году он написал докладную записку о необходимости перевооружения нашей армии и развития военно-воздушных и бронетанковых сил. В записке Тухачевский говорил, что наша армия в техническом оснащении и развитии авиации отстает от европейских армий. Необходимо, писал он, немедленно приступить к ее полному техническому перевооружению, создать сильную авиацию с большим радиусом действий и бронетанковые силы из быстроходных танков, вооруженных пушками, перевооружить пехоту и артиллерию, дать армии новые средства связи (главным образом радиосредства) и новое переправочное имущество. Для решения этих задач нужно развить нашу военную промышленность и построить ряд новых заводов. Далее давался расчет количества новых средств вооружения всех видов. Для того времени предлагаемые цифры были действительно грандиозными. В заключении Тухачевский указывал, что для осуществления этой программы потребуются большие ассигнования из государственного бюджета.

Записка была неодобрительно встречена Сталиным и Ворошиловым и осуждена ими как нереальная.

Нужно, конечно, иметь в виду, что записка была составлена до вступления страны в первую пятилетку, когда мы не располагали еще развитой базой. В этом отношения ее автор забегал далеко вперед. Но его мысли на будущее имели большое значение.

В истории уже имели место случаи, когда прогрессивные, далеко смотревшие вперед проекты были отклонены и похоронены. Потом, конечно, само время вызывало их к жизни. Так случилось и с проектом Тухачевского. Однако отношения его с Ворошиловым по ряду причин обострились, и при создавшихся условиях он не мог больше оставаться на посту начальника штаба. Он сам подал рапорт о своем уходе, в котором писал Наркому обороны: «После нашего последнего разговора вынужден оставить свой пост». Он указывал, что всеми силами старался сделать штаб РККА инициативным, самодеятельным органом, но, помимо его воли, и через его голову штаб превратился в простой технический аппарат.

В 1928 году Тухачевский был освобожден от должности начальника штаба РККА и назначен командующим войсками Ленинградского военного округа. Но падать духом не было свойственно Тухачевскому. В Ленинграде он занялся испытанием новых образцов артиллерийских орудий и много внимания уделил укреплению подступов к городу. По его проекту на Карельском перешейке была возведена система искусно расположенных инженерных укреплений, сыгравших свою роль в героической обороне Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. А в свободное время он читал своего любимого писателя Марка Твена и занимался тем, что делал скрипки.

Однако творческая мысль Тухачевского не переставала работать. По-прежнему он был озабочен судьбами развития Советских Вооруженных Сил и интенсивно занимался вопросами их реконструкции. Из Ленинграда в январе 1930 года он послал новый доклад по этому вопросу. Не получая ответа, Тухачевский в апреле написал письмо Сталину с просьбой рассмотреть его предложения. Однако реакция была примерно такая же, как и в 1928 году. Было выражено мнение, что не понятно, как это у марксиста могут зародиться столь несбыточные идеи, что принять такой проект — значит милитаризовать всю страну и что это хуже всякого вредительства (!).

Но когда страна вступила в первую пятилетку и Коммунистическая партия стала осуществлять грандиозный план строительства и реконструкции всего народного хозяйства, вопрос о перевооружении армии и оснащении ее всеми видами современного оружия встал в порядок дня. Тогда вспомнила о докладной записке Тухачевского и извлекли ее из сейфа. Записку использовали при составлении программы технической реконструкции армии. Инициатива была приписана тем, кто ее недавно осмеяли и отверг. Однако руководство ее выполнением было возложено на Тухачевского.

В начале 30-х годов Тухчевский был возвращен в центральный аппарат Наркомата обороны и назначен на пост начальника вооружений и заместителей Наркома. В 1936 году он был назначен первым заместителем Наркома Обороны. На этом посту он оставался вплоть до весны 1937 года и проявил в эти годы всю свою кипучую энергию и разносторонность ума. Это был период его рассвета.

Реконструкция и перевооружение Советских Вооруженных Сил входили в программу Коммунистической партии по индустриализации страны и проводились ее Центральным Комитетом. Роль Тухачевского в этом деле как талантливого исполнителя решений партии была очень велика. Это было признано. И когда в 1935 году установили новые звания командному составу, Тухачевскому присвоили звание Маршала Советского Союза. Его заслуги в прошлом и настоящем были слишком очевидны. Он был действительно достоин этого звания и получил его по праву.

На посту начальника вооружений Тухачевский проявлял огромную энергию. Его техническая мысль заглядывала далеко вперед. Все самое совершенное в достижениях военной техники и еще малоизвестное и неиспытанное претворялось им в реальное дело. Это особенно сказалось на развитии авиации, бронетанковых войск и создании авиадесантных и парашютных частей.

Владея иностранными языкам, Тухачевский следил за зарубежной литературой и был в курсе всех новых технических усовершенствований и изобретений. Он обладал очень изобретательным умом и часто удивлял конструкторов постановкой совершенно новых технических задач. Так он выдвинул вопрос о торпедоносной авиации. Такие опытные самолеты были построены и демонстрировались на полигоне. Особенно упорно Тухачевский занимался авиадесантным делом, видя в нем большое будущее. Конструктор парашютов инженер Гроховский встречал сначала большие трудности в работе; в это дело многие не верили, в особенности после нескольких неудачных испытаний. Но Тухачевский настоял на дальнейших испытаниях и развитии парашютного дела, и в 30-х годах на больших киевских маневрах демонстрировалась уже выброска крупного парашютного десанта. Можно сказать, что Советская Армия была пионером авиадесантного дела и первой из европейских армий применила его на практике. В этом несомненная заслуга Тухачевского.

Как-то Тухачевский выдвинул перед артиллерийским конструктором Курчевским мысль поставить на самолет скорострельную пушку. На это Курчевский возразил, что пушка на самолете не может иметь отдачи и должна быть безоткатной. «Конечно, — согласился Тухачевский, используйте реактивный принцип и вы получите безоткатную пушку». Это было сделано.

Тухачевскому принадлежала техническая инициатива, положившая у нас начало применению реактивного оружия. По его идее еще в 1926 году была сконструирована реактивная пехотная пушка ДРП (динамо-реактивная пушка), которая поступила на вооружение пехоты и применялась в ней, несмотря на некоторые ее несовершенства (при выстреле она очень демаскировала себя, а большая сила газа, выбрасываемого из сопла, не гарантировала орудийный расчет от возможного ожога). Пушка ДРП была первым в нашей армии типом реактивного оружия, положившим начало его развитию и приведшим в годы Великой Отечественной войны к созданию знаменитой «катюши». Эта первая реактивная пушка быта детищем Тухачевского. Но мысль Тухачевского шла еще дальше. Его внимание уже в то время привлекла радиоэлектроника и возможности ее применения в военном деле. По этому вопросу он часто консультировался с академиком Иоффе.

Деятельность Тухачевского на посту начальника вооружений чрезвычайно многогранна. Многие виды оружия, которыми располагала наша армия к началу Великой Отечественно войны, были так или иначе запроектированы при Тухачевском и при нем испытаны.

Его ближайшими соратниками на этом поприще были начальник Главного артиллерийского управления Н. А. Ефимов, начальник ВВС Я. И. Алкснис, начальник Автобронетанкового управления И. А. Халепский и начальник связи Н. М. Синявский, вложившие много труда в создание новых образцов оружия. Необходимо также упомянуть Я. М. Фишмана, создателя средств химической обороны Советской Армии. Все эти соратники Тухачевского на поприще технической реконструкции армии разделили его участь, став жертвами культа личности. Они были ветеранами Красной Армия, участниками гражданской войны и сыграли заметную роль в истории Советских Вооруженных Сил(3).

ПОЛКОВОДЕЦ-УЧЕНЫЙ

Работая над технической реконструкцией армии, Тухачевский по-новому рассматривал и разрешал вопросы ведения современного боя и операции. Здесь он оставался верен той мысли, которой всегда руководствовался в своей научно-исследовательской работе и которую сформулировал еще в своем докладе командующему Восточным фронтом И. И. Вацетису в 1918 году. «Надо овладеть, - писал он, - революционным гением и создать новые формы борьбы, сообразные обстановке, а не накладывать тридцатые накладки на отжившие системы».

Это замечательно выраженная мысль характеризует Тухачевского как ученого-новатора и диалектика, как человека передового ума, всегда искавшего новое и целесообразное и отбрасывавшего все старое, уже отжившее в военном деле.

Тухачевский придавал исключительно большое значение развитию советской военно-теоретической мысли. Он считал, что «военно-теоретическая мысль должна быть основным толкачом в развитии нашей военной мощи». Выражая большое беспокойство по поводу того, что наша военная мыль далеко отстает от успешного выполнения страной генеральной линии партии, он говорил, «что в связи с ростом нашего социалистического хозяйства мы не можем оставаться на прежнем уровне нашего военно-теоретического мышления и должны добиться решительного развития нашей военно-теоретической мысли на основах марксизма».

Тухачевский резко выступал против всяких оппортунистических и консервативных тенденций в военной литературе, имея в виду высказывания некоторых старых военных специалистов, в частности Свечина и Верховского.

Тухачевский был крупным военным ученым, и вклад его в развитие советской науки велик. Это далеко не признано, потому что, к сожалению, не известно. Даже в 1962 году в советском издании «Военная стратегия» говорится, что «после книги А. Свечина «Стратегия», изданной в 1926 году, в Советском Союзе не было издано ни одного труда советских военных авторов, посвященного проблемам военной стратегии в целом»(4).

Формально это может быть и так. Но по существу это совершенно неверно. Столь печальное заблуждение является следствием того, что малознакомы труды Тухачевского: «Война классов», «Вопросы высшего командования», «Вопросы современной стратегии», «Характер пограничных сражений», «Война, как проблема вооруженной борьбы», «Оперативное уничтожение авиации», «Новые вопросы войны» и ряд других его статей, докладов и высказываний, содержащих целую систему стратегических взглядов о современной войне. Многие из этих трудов были закрытыми.

Неустанно занимаясь теоретической разработкой вопросов ведения войны, Тухачевский видел свою задачу в том, чтобы на марксистскo-ленинских основах определить «основные пути стратегического мышления, основные пути стратегического руководства, по которым нам придется идти в эпоху тогда, когда нам придется отстаивать завоевания Октябрьской революции от нападения окружающего нас капитализма...»(5). Такая постановка вопроса открыла перед Тухачевским огромные просторы для военно-теоретического исследования.

Ближайшим соратником Тухачевского на поприще военно-научной работы был В. К. Триандафиллов. Это было счастливое сочетание двух умов, целеустремленно работавших над одной и той же проблемой новых форм и способов борьбы.

До Триандафиллова в нашей военно-научной литературе исследовался главным образом опыт первой мировой и гражданской войн, и поэтому она была обращена в прошлое. Заслуга Триандафиллова заключалась в том, что он смотрел вперед и занялся изучением характера операций современных армий в новых условиях развития военной техники после мировой войны. Это дало нашей военно-теоретической мысли совершенно новое направление. В 1929 году Триандафиллов выступил с докладной запиской о новых основах глубокого боя, в которой проводил мысль одновременного поражения всей тактической глубины боевого порядка противника путем эшелонированного применения танков в трех группах — НПП, ДПП и ДД, прорывающихся на различную глубину и наводняющих одновременно всю тактическую глубину боевого расположения противника. Это было блестящей конкретизацией идеи Тухачевского о том, что новые, современные средства борьбы — дальнобойная артиллерия, танки, авиадесанты дают возможность отказаться от старых, тягучих способов последовательного овладения каждым очагом обороны противника в отдельности и перейти к новым формам одновременного глубокого поражения противника.

Эта концепция, развитая рядом советских военных исследователей и проверенная на практике войсковых учений, легла в основу новой теории глубокого боя и глубокой операции; она была впервые разработана именно в Советской Армии и открыла собою новую страницу в истории военного искусства. Плодотворная работа Тухачевского и Триандафиллова оставила большой след. Наставление «Высшее командование» — это первое в своем роде руководство по ведению операций, которого еще не было ни в одной европейской армии; наставление «Полевая служба штабов» — первое руководство для штабных офицеров; Полевые уставы 1925 и 1929 годов и ряд закрытых инструкций и наставлений оперативного характера были результатом их совместной работы и заложили прочные основы боевой подготовки нашей армии и оперативной подготовки ее командного состава.

Трагическая гибель Триандафиллова в 1931 году при авиационной катастрофе, когда он летел в Киев на окружной сбор высшего командного состава, чтобы сделать доклад о новых формах глубокого боя, прервала эту совместную работу; она находилась уже на завершающей стадии и должна была увенчаться разработкой официальной инструкции.

Тухачевский очень высоко ценил Триандафиллова и тяжело пережил его гибель. В Краснознаменном зале ЦДСА над гробом Триандафиллова (вместе с Триандафилловым погиб и один из первых организаторов советских бронетанковых сил Калиновский) он произнес взволнованную речь, в которой сравнил тяжелую для армии утрату с жертвами, которые всегда несет борьба за новое.

Свою большую работу «Новые вопросы войны», которая не была в то время издана, Тухачевский посвятил Триандафиллову. Работа эта, законченная в 1932 году, составляла лишь первую часть намеченного им большого труда, в котором он собирался исследовать основы современной войны и борьбу против империалистических коалиций.

Отмечая быстрое развитие современного военного дела, М. Н. Тухачевский в предисловии к этой работе писал: «Жизнь быстро уходит вперед, и начало книги отстает от ее конца. Первые главы этой книги я написал весной 1931 года, и, когда через год начал их редактировать, то оказалось, что они далеко отстали от жизни». Передовые взгляды Тухачевского, таким образом, никогда не позволяли ему останавливаться на достигнутом и заставляли его смотреть далеко вперед. В конце того же предисловия он пишет: «Весьма возможно, многим покажется, что я в этой книге забегаю слишком вперед. Но тем не менее это будет своего рода обманом зрения. Человек не легко отделывается от привычных представлений, но теоретическая работа, базируясь на техническом развитии и социалистическом строительстве, упорно выдвигает новые формы, и я совершенно не сомневаюсь в том, что года через два эта книга во многом устареет, а то, что сейчас кажется странным, будет привычным, обыденным явлением». Заслуживает внимания этот диалектический подход М. Н. Тухачевского к разрешению и современных проблем войны.

При разрешении проблем военного искусства Фрунзе, Тухачевский и Триандафиллов видели задачу военно-научного исследования в том, чтобы на марксистско-ленинских основах глубоко и всесторонне изучить характер современной войны и таким образом установить закономерности развития ее форм и способов ведения. Этот метод лежал в основе военно-научной работы Триандафиллова, который не случайно назвал свой известный труд «Характер операций современных армий». Глубоко исследуя в нем эту тему, Триандафиллов указывает, как новые условия влияют на изменение форм и способов ведения операций. Работникам оперативного управления он неоднократно повторял: «Изучайте характер современных операций, тогда многое станет ясным».

В 1936 году Тухачевский значительно переработал свой труд «Новые вопросы войны», внеся в него много исправлений и нового материала. Он имел при этом в виду возрождение в фашистской Германии большой, современной армии готовящейся к агрессивной войне. Эта рукопись, к сожалению, до нас не дошла. Тухачевский передал ее для просмотра заместителю начальника Генерального штаба С. А. Меженинову, у которого она и была изъята из сейфа вместе с другими материалами и, вероятно, уничтожена.

Таким образом, та рукопись «Новые вопросы войны», которая теперь в выдержках публикуется в нашей военной печати, относится к 1932 году и не отражает последних взглядов Тухачевского на характер войны с таким подготовленным, агрессивным противником, как фашистская Германия. Пропажа рукописи Тухачевского 1936 года является для советской военной теории большой потерей, так как это была его последняя крупная работа, в которой он уже полностью ориентировался на большую войну мирового масштаба.

Одновременно с трудом «Новые вопросы войны» Тухачевский усиленно работал над Полевым уставом 1936 года. Этот Устав разрабатывался в спешных условиях, так как нужно было немедленно преподать войскам новые основы боя. В очень сжатой и содержательной форме он должен был полностью отразить новую теорию глубокой тактики, уже проверенную на ряде опытных учений и на маневрах. Такова была задача, поставленная перед составителями Устава.

Мне, как секретарю уставной комиссии и составителю некоторых глав Устава (в частности, главы «Встречный бой»), пришлось в это время особенно близко наблюдать работу Михаила Николаевича. Вернувшись вечером домой и наскоро приняв душ и поужинав, он садился за редактирование текста Устава, и под его пером многословные статьи превращались в сжато и скупо сформулированные положения, полные четкого и глубокого содержания. Всем работавшим над Уставом разрешалось до 2 часов ночи звонить Тухачевскому по любому вопросу, относившемуся к разработке Устава, и он вел длительные разговоры по телефону, выслушивая и обсуждая различные варианты уставных статей. Устав был готов к весне 1936 года и явился наиболее современным из всех уставов европейских армий; он давал командному составу отправные данные для уяснения характера современного боя и его ведения.

Проект Полевого устава 1939 года, разработанный накануне Великой Отечественной войны, был в этом отношении дальнейшим развитием и конкретизацией основ, изложенных в Уставе 1936 года. Издание Устава 1936 года, впервые преподавшего в уставной форме новые основы глубокого боя, было большой заслугой Тухачевского и, можно сказать, его последним крупным вкладом в дело боевой подготовки Советской Армии.

Несмотря на свою занятость и перегруженность, Тухачевский оставил большое научное наследие, которое еще далеко не выявлено. Многие из его научных работ не были опубликованы. На рукописи одной из его последних статей под названием «Боевое искусство» сохранилась подпись Наркома: «Не печатать». Таким образом, и на этом поприще Тухачевский встречал не мало препятствий. Нашим долгом является опубликование всех трудов этого выдающегося советского военного ученого(6).

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Начальником штаба РККА М. Н. Тухачевский был с 1925 по 1928 год.

2. Я, в частности, имею в виду, на мой взгляд, неправильное трактование образа Тухачевского писателем Львом Никулиным (см. журнал «Октябрь» № 2, 1963).

3. Только один Я. М. Фишман вернулся, был полностью реабилитирован и умер в 1960 году.

4. Военная стратегия. М., Воениздат. 1962, стр. 4-5.

5. Тухачевский М. Вопросы современной стратегии. М., «Военный Вестник», 1926, стр. 4.

6. В настоящее время принято решение об издании в течение 1963-1964 годов избранных трудов М. Н. Тухачевского. — Ред.
Tags: 1918-1941, ВИЖ, Военная теория, журналы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments