Махно Неуловимый (II)
4. Ликвидация Махно летом 1921 г.(6) (см. схему 31). После выхода из окружения в конце 1920 г. столь неуспешно приуготовленного ему соединенными силами 4 и 2 конной армий из Харьковского военного округа, Махно ведет последовательно борьбу: с частями 1 конной армии, с летучим корпусом Нестеровича(7) и другими частями, действовавшими в общем не планомерно и разрозненно. Все же к весне 1921 г. Махно пришлось применить один из своих приемов борьбы: распылиться и временно уйти в подполье. Но не надолго.
_________________
6. Основные источники: П. Сергеев, статья в ж. «Война и Революция» № 9 1927 г. и статьи Э. Эсбах и Р. Эйдеман в «Война и Революция» № 12 1926 г.
7. М. Рыбаков «Действие летучего корпуса т. Нестеровича», в «Сборник трудов ВНО при Академии», кн. 4 — 1923 г.
В конце июня с отрядом в 600 сабель при 30 пулеметах он направился через юго-западный район Харьковской губернии в Полтавщину.
Тем временем его противники, подготовляя новую и заключительную операцию против него, изучали двухгодичный опыт и в частности закономерность успешной борьбы Махно в условиях окружения.
Было подмечено, что у Махно имелись свои «жизненные» и свои «мертвящие» центры. В его маршрутах было усмотрено тяготение его к одним и тем же районам, — ему сочувствовавшим, где он получал пополнение и всевозможные запасы и где иногда он даже имел своих резидентов. Других районов, где население было на стороне Советской власти, он определенно избегал. Иногда пользовался третьими — нейтральными.
Его быстрые перелеты и неожиданные появления за сотню километров от только что зафиксированного его местонахождения были разгаданы. Оказалось, что в сочувствовавших ему населенных пунктах высланные им вперед агенты заготовляли лошадей и тачанки с продовольствием. Приходя, он забирал все это на ходу.
Наконец выяснилась несостоятельность прежних методов борьбы против Махно.
Все это теперь было учтено, и новые планы ликвидации Махно строились иначе.
Красное командование решило отказаться от маневрирования против Махно крупными силами; занять гарнизонами сочувствующие ему районы; в каждом таком районе иметь летучие отряды, в составе которых центр тяжести перенести на бронесилы; развить политическую работу среди населения и своих войск, чтобы привлечь первое на свою сторону, и во-вторых выработать сознательную линию поведения по отношению к населению, с той же целью. Организован был угон всех перевозочных средств перед появлением Махно в данном районе. В общем старались поставить Махно при его передвижениях в то трудное положение, в которое до сего времени попадали части Красной армии, его преследовавшие.
Махно шел в Полтавскую губернию не зря. Там имелись для сего политико-экономические предпосылки. Там шли продовольственные заготовки. Махно мог их сорвать.
Одною из мер борьбы против Махно явилось распоряжение сельским властям оставаться на своих местах до последней минуты. Между селами широко была раскинута телефонная связь.
Махно шел в район Недригайлова — туда, где его ждал противник. В ночь на 28 июня Махно ночевал в д. Чернышевке. Штаб красных (в г. Ромны) узнает об этом до полудня по телефону. А также становится известным, что Махно выступил утром на север.
В это время с юго-востока (из Гадяча) к Чернышевке шел 487 стрелковый полк. Отряд Григорьева сосредоточивался у Нейдригалова; штаб перешел из Ромны в д. Коровенцы, откуда во все стороны имел возможность сноситься по земскому телефону. Со всех сторон организуется разведка и наблюдение за Махно.
В 15 ч. 30 м. от вернувшейся с разведки легковой машины штаба (с пулеметом) красные узнали, что Махно у д. Камлычка. Когда он подходил к п. Сакуново (около 17 ч.) была приказано Григорьеву выйти из Недригайлова ему навстречу, послав части 60 полка на подводах для преграждения путей Махно на восток.
Махно на этот раз был застигнут врасплох. Встретив передовые части Григорьева, он атаковал их, но подвергся сам ударам во фланг и тыл главных сил конницы Григорьева, при поддержке их артиллерийским огнем. Потеряв 56 человек убитыми, 3 пулемета и части обоза, Махно отошел к юго-востоку и расположился у хутора Сердюкова. Перед наступлением темноты штаб красных с 1 бронепоездом, 2 легковыми и 1 грузовой автомашинами подошел к хутору. Махно, не приняв боя, под пулеметным обстрелом и сам отстреливаясь пулеметами, отошел к востоку. 487 полк действовал с юга вяло. Григорьев после боя у Сакуново не преследовал Махно, а к 2 ч. ночи 29 июня его конница подошла к с. Красная, где и стала на ночлег.
В ночь на 30 июня Махно ночует в с. Толстое. Красные в предположении, что Махно еще попытается пройти в Недригайлов, а в случае неудачи отойдет на Гадяч, сосредотачивали свои силы: части 488 полка в с. Смелое, с северо-запада; группу Григорьева в д.д. Марковка и Штеповка, с востока; конный отряд т. Федченко и 487 полк с юга — у Гадяча и Роменский гарнизон в 60 штыков с 4 пулеметами на грузовиках с юго-запада у Коровенцы.
Утром 30 июня 60 полк из группы Григорьева начал теснить Махно с востока, последний пошел на Дергачевку. Тогда из с. Смелое навстречу ему на д. Хоружевку выступил на подводах 488 полк. Конница Григорьева пошла в обход с севера через д. Терны. В д. Хорунжевке с 16 час. Махно, окружается красными со всех сторон, как показано на схеме.
Под ударами 60 и 488 полков Махно разделяется на две группы, бОльшая из них прорывается на север к с. Луценков, меньшая отходит на м. Бутки. Первую преследует конница Григорьева во главе с руководителем всей операции против Махно, т. Эйдеманом, и атакует у с. Луценков; наносит ей большие потери (110 зарубленных, 6 пулеметов, весь обоз), остатки ее скрываются.
Вторая группа у с. М. Бутки натыкается на грузовики с Роменским отрядом и благодаря малой стойкости последнего, разгоняет его и прорывается через д. Коровенцы за р. Сулу, причем сжигает захваченную легковую машину штаба Красных.
До 2 июля распылившиеся по 10—20 человек махновцы уклоняются к югу и в числе около 200 сабель и 10 пулеметов, без патронов и обоза, собираются в районе Гадяча. Утомление конского состава Григорьева и слабая боеспособность расположенных в Опошня и Диканька красных частей облегчает положение Махно. Тов. Эйдеман в своих распоряжениях от 1 июля строит дальнейшую борьбу с Махно на заслонах: пехотой из Зенькова, выдвигаемой к д. Камыши, конницей (7 кавполк) у д. Куземин и частями, выделенными из Харькова к д. Пархомовка. Свой штаб т. Эйдеман перебрасывает по железной дороге в Полтаву, сам же на автомобиле переезжает в с. Веприк (под Гадяч), где должен был находиться конный отряд т. Федченко, на который главным образом ему теперь и приходилось рассчитывать.
Около полудня 2 июля Махно, растянувшись, подходил к д. Камыши. Там его голову должен был задержать отряд из Зенькова, а конница Федченко уже настигала его хвост. Но у Камыши красного заслона не оказалось, в Пархомовке Махно только обстреляли издали, а из Куземина 7 кавалерийский полк отступил, как только заметил приближение Махно. Это дало возможность последнему к вечеру 3 июля достичь железной дороги северо-восточнее Полтавы в районе ст. Кочубеевка. Но здесь оказались два бронепоезда красных, на хвосте у него неотступно шла конница т. Федченко, а с флангов наседали отряды незаможных крестьян.
Тут Махно решает бросить навстречу коннице противника небольшую группу своих всадников с обозом, отвлекает внимание и под этим прикрытием ускользает с остальными силами по пересеченной местности в северо-западном направлении, откуда расходится врассыпную с назначением сбора ночью, снова у ст. Кочубеевка. В районе последней в эту же ночь он небольшими группами просачивается на юг и далее на юго-восток.
В ночь на 7 июля в составе 300 сабель при 9 пулеметах, и 40 тачанках Махно переходит железную дорогу между Лозовая и Константиноград, направляясь в сочувствующий ему Новомосковский район за пополнением людьми, оружием и продовольствием. Этот участок охранялся 5 красными бронепоездами; но он прошел незамеченным, мелкими партиями на широком фронте с назначением сбора в д. Екатериновке (в 12 км южнее ж.-д. ст. Сахновщина).
Красное командование отдало распоряжение для окружения Махно в районе Константиновка — Базилевское. Для этой цели было приказано: бронепоездам не пропустить Махно на север; со стороны Константинограда, двинут был на Константиновку образцовый батальон КВО; от ст. Орелька (с востока) на д. Б. Гряды был выслан 1 истребительный отряд; с юга от д. Б. Бучки был направлен отряд 264 стрелкового полка.
Махно хотел итти на юг по р. Орель, но узнав, что путь ему сюда уже отрезан, быстро двинулся на Константиновну и остановился в балке севернее ее. В то же самое время на Константиновку надвигались выше названные красные части. Махно был оттеснен образцовым батальоном к самой деревне. Здесь банда была окружена. Махно демонстративно повел наступление на восток, а затем быстро собрал ударную группу к западной окраине деревни и, смяв 1 эскадрон 1 истребительного отряда, вышел на свободу. Разбившись на мелкие группы по 20 человек, Махно назначает всем сбор в районе Новомосковского леса. Там он немного пополнился — и в составе до 400 сабель с 15 пулеметами 9 июля внезапно окружает роту 263 стрелкового полка у ст. Зайцево (Лозовая — Синельниковской железной дороги) и проходит на Раздоры — Просяная — Б. Михайловка. Здесь он натыкается на 266 стрелковый полк и сворачивает на восток.
10 июля новый руководитель операций против Махно, т. Германович, отдает приказ, привлекая к преследованию Махно кавалерийский полк 30 дивизии, к преграждению ему пути на юг (см. схему 31) от линии Розовка — Царевоконстантиновка — Пологи — части III конного корпуса, и 15 и 45 автобронеотряды разгружает на ст. Царевоконстантиновка. С последними он лично начинает 12 июля погоню за бандитами. Теперь Махно уходил к сочувствующему ему району Волновахи. Но там ему не приходится задержаться, так как всюду его настигают бронемашины. Даже в балке, поросшей кустарниками, западнее Голодаевки, банде не удается скрыться от преследующих. 16 июля в таком положении банда была окружена со всех сторон бронемашинами, обстреливавшими кустарник из пулеметов. «Бандиты прижимались в балке к каждому кустику и прятались за каждым камнем, ища спасения от смерти». В паническом настроении, через три часа после начала обстрела, напуганные сигналом и гудком одной из бронемашин, спустившейся в овраг, бандиты бросились в рассыпную из кустов в поле. В этом бою Махно снова потерял все тачанки, 33 пулемета (большей частью неисправных) и около сотни убитых. Остатки в числе 60 человек при 1 ручном пулемете 19 июля перебрались через реку Донец.
Это было одно из последних сопротивлений Махно в окружении. После этого, когда он 8 августа вернулся в Харьковскую губернию, начинается его безостановочное бегство через Украину на запад до румынской границы. В этот период его гонят исключительно броневики и автогрузовики и заслуживают внимания следующие эпизоды. 16 августа он вплавь переправляется через Днепр, причем получает одиннадцатое ранение (в ногу) и все же ускользает; 20 августа утром он атакует беспечно расположившуюся без охранения 1 бригаду 7 кавалерийской дивизии и захватывает у нее 25 тачанок с пулеметами, в тот же день вечером его настигают (опомнившиеся) части 7 кавдивизии и 38 автоброневой отряд при переправе через р. Ингул и почти целиком уничтожают. Самому Махно с несколькими приближенными все же удается скрыться. После неудачной попытки сформировать новые банды в Балтском и Гайсинском уездах, Махно в первых числах сентября переходит в Румынию.
На этот раз обстановка окружения создается для Махно в новых условиях, наиболее для него неблагоприятных. Его система быстрых передвижений и пополнений разгадана. Красное командование почти безошибочно определяет, куда он пойдет, и нигде не дает ему передышки. Постепенно ему преграждается доступ в сочувствующие районы. Ему еще удается совершать успешные прорывы. Этому способствует небоеспособность многих отрядов его противника. С другой стороны он с прежним успехом применяет свои демонстрации и под их прикрытием наносит молниеносные удары в противоположном направлении, обычно открывавшие ему выход на свободу.
В этот период особенно часто он применяет метод распыления на мелкие отряды, с заблаговременным назначением им сборных пунктов, достаточно удаленных от противника. Такое распыление особенно оказалось удобным для прорыва через железные дороги, насыщенные бронепоездами. Последние в борьбе с Махно оказались вовсе бессильными. Зато у него появился новый враг, который и добил его. Это были небольшие автомобильные отряды, составлявшиеся не только из бронемашин, но и из грузовиков, легковых автомобилей и мотоциклеток. Неотступно следуя за ним, они нигде не позволяли ему задерживаться, поражая его огнем издали, когда он старался укрыться в непроходимых для автомашин местах.
Тем не менее Махно не теряет энергии и изобретательности и, исколесив за два месяца с небольшим всю Украину, неоднократно разбитый, возрождается, как феникс из пепла, боем раздобывает у беспечных своих врагов пулеметы или находит их в одному ему известных тайниках припрятанными и продолжает упорную борьбу.
Ему приходится ее прекратить, когда Красное командование методическим занятием его прежних жизненных районов и правильной постановкой там политической работы лишает его поддержки масс, наводит панику на тех, кто еще был склонен итти по одному с ним пути, и окончательно изолирует его.
Потерпев неудачу в последних районах, на которые Махно мог надеяться в Балтийском и Гайсинском уездах, где за ним никто более не захотел итти, он — не пойманный до конца — с горстью своих сподвижников переходит границу.
1. Махно обычно окружался тогда, когда он сам проявлял активную деятельность. Окружение создавалось в маневренной обстановке, не подходящей вполне ни под определения встречного столкновения, ни под понятие отхода. Обстановка окружения Махно скорее всего напоминает преследование его. Его же деятельность имеет довольно яркий партизанский характер.
И пока противники Махно не считались с этой чертой его крайней маневренности, а вели против него операции крупными силами, и пока не удалось вскрыть так сказать тайны его сообщений, — окружение не приводило к успеху. И только тогда, когда удалось заглянуть в корни, питавшие махновщину, и обезвредить их, силы Махно стали таять, и грозный бандит, оставшись без армии, его поддерживавшей, должен был бежать, как загнанный заяц. И бежать к тем, кого он перед массами, на которые он ранее столь сильно влиял, никогда бы не мог обрисовать как своих будущих друзей и спасителей.
2. Отдельные эпизоды борьбы выхода Махно из окружения обычно непродолжительны. В общей же сложности борьбы Махно на все стороны, и с белыми и с красными, т. е. всегда в условиях окружения, то расширяющегося до полного простора, то суживающегося в узкое кольцо — эта борьба им велась в течение почти трех лет.
3. Особенность его действий в окружении и заключалась в том, что он, как правило, никогда не принимал мер противодействия обходу его противником. Наоборот, он обычно сознательно давал себя окружить, ибо — уверенный в удаче своего прорыва — более озабочивался освобождением от противника того района, куда он намеревался проскочить.
4. До последнего периода борьбы (лета 1921 г.) Махно не боялся перерыва сообщений, ибо во-первых, имел все необходимое при себе, а во-вторых, никто не знал его «тылов». А они у него были и скрывались в деревнях, лесах и городах, где он имел и своих доверенных агентов и заготовленные склады оружия, боеприпасов и продовольствия. Об этом узнали его противники только тогда, когда изучили и проследили известную последовательность в посещении им после боев, прорывов и потерь одних и тех же местных районов. Впоследствии это было подтверждено и некоторыми пленными махновцами.
5. Управление у Махно базировалось на его громадном авторитете среди сочувствующих ему слоев крестьянства и на его природных военных дарованиях: умелом разгадывании обстановки, решимости, безумной храбрости, твердости и изобретательности по части военной хитрости.
Связь его с жизненными центрами поддерживалась всей массой сочувствующего ему населения. Противникам Махно никогда нельзя было точно определить, является ли встречный человек просто, местным жителем или исполняющим важное поручение махновцем.
6. Действия Махно в окружении в большинстве случаев характеризуются вначале упорством обороны занятого местного предмета и стягиванием вокруг себя кольца. Но в нем он не засиживается. Все мысли его сосредоточиваются на прорыве. Он не упускает случая, находясь в окружении, тревожить тыл своих врагов при помощи своих агентов и мелких партий. Иногда своими смелыми активными контрнападениями на участки окружающего его кольца он — и окруженный — становится более страшным окружающему, чем они ему.
7. Прорыв — это трехгодичная его специальность. Часто он ему удается, когда казалось бы нет никакого выхода. Это достигается прежде всего умелой организацией демонстрации. Приемы демонстраций очень разнообразны. Реже применяется простой заслон. Махно мастерски выбирает направления для прорыва и наносит сокрушительный удар внезапно собранным кулаком. Другой раз, наоборот, он избегает удара и, назначив сборный пункт примерно в полупереходе или переходе вне кольца окружения, разделяется на мелкие группы и просачивается через противника; в темноте или даже прорывается в критическую минуту в открытую в разные стороны.
Зачастую прорыв сопровождается значительными потерями людьми и до 100% пулеметов и обоза. Но затем он в ближайшем своем жизненном центре быстро восстанавливает свою боеспособность.
8. Меры морального воздействия у Махно при осуществлении им столь трудной борьбы в условиях окружения, сводились повидимому к его личному влиянию на сподвижников, к их спайке за продолжительный срок совместной боевой работы и пожалуй к страху перед своим «батько», не останавливавшемся перед суровой расправой. С другой стороны бандиты, жестоко расправлявшиеся с попадавшими в их руки красными бойцами, знали, что в случае неуспеха прорыва им не ждать пощады. Это сознание также заставляло их упорно драться.
В некоторых случаях Махно ведет активную агитацию среди своих противников.
9. У Махно не было артиллерии и технических средств борьбы кроме пулеметов, число которых иногда бывало очень велико. Когда же ему удавалось захватывать неприятельские орудия или автомобили, он незамедлительно пользовался ими. В обстановке окружения он много раз для спасения остатков своей живой силы без сожаления бросает противнику свою технику, правильно считая, что при его активной деятельности по неприятельским тылам, техника (оружие) было дело наживное.
В заключение разобранная нами деятельность Махно в окружении, будучи весьма своеобразной, должна быть поставлена на свое место. А место ей не в большой, а в так называемой малой войне. Это ничуть не умаляет значения разобранных нами операций для будущего.
Будущее не только не исключает обстановки малой и партизанской войны, но, как раз обратно, классовая сущность будущих боевых столкновений обещает нам еще больше сюрпризов в тылах, и надо уметь самим вести малую войну не хуже, чем бороться с нею, если ее поведут в нашем тылу наши враги.
Меньчуков Е. Исторический очерк боев в условиях окружения. М., 1930.
Об авторе.
_________________
6. Основные источники: П. Сергеев, статья в ж. «Война и Революция» № 9 1927 г. и статьи Э. Эсбах и Р. Эйдеман в «Война и Революция» № 12 1926 г.
7. М. Рыбаков «Действие летучего корпуса т. Нестеровича», в «Сборник трудов ВНО при Академии», кн. 4 — 1923 г.
В конце июня с отрядом в 600 сабель при 30 пулеметах он направился через юго-западный район Харьковской губернии в Полтавщину.
Тем временем его противники, подготовляя новую и заключительную операцию против него, изучали двухгодичный опыт и в частности закономерность успешной борьбы Махно в условиях окружения.
Было подмечено, что у Махно имелись свои «жизненные» и свои «мертвящие» центры. В его маршрутах было усмотрено тяготение его к одним и тем же районам, — ему сочувствовавшим, где он получал пополнение и всевозможные запасы и где иногда он даже имел своих резидентов. Других районов, где население было на стороне Советской власти, он определенно избегал. Иногда пользовался третьими — нейтральными.
Его быстрые перелеты и неожиданные появления за сотню километров от только что зафиксированного его местонахождения были разгаданы. Оказалось, что в сочувствовавших ему населенных пунктах высланные им вперед агенты заготовляли лошадей и тачанки с продовольствием. Приходя, он забирал все это на ходу.
Наконец выяснилась несостоятельность прежних методов борьбы против Махно.
Все это теперь было учтено, и новые планы ликвидации Махно строились иначе.
Красное командование решило отказаться от маневрирования против Махно крупными силами; занять гарнизонами сочувствующие ему районы; в каждом таком районе иметь летучие отряды, в составе которых центр тяжести перенести на бронесилы; развить политическую работу среди населения и своих войск, чтобы привлечь первое на свою сторону, и во-вторых выработать сознательную линию поведения по отношению к населению, с той же целью. Организован был угон всех перевозочных средств перед появлением Махно в данном районе. В общем старались поставить Махно при его передвижениях в то трудное положение, в которое до сего времени попадали части Красной армии, его преследовавшие.
Махно шел в Полтавскую губернию не зря. Там имелись для сего политико-экономические предпосылки. Там шли продовольственные заготовки. Махно мог их сорвать.
Одною из мер борьбы против Махно явилось распоряжение сельским властям оставаться на своих местах до последней минуты. Между селами широко была раскинута телефонная связь.
Махно шел в район Недригайлова — туда, где его ждал противник. В ночь на 28 июня Махно ночевал в д. Чернышевке. Штаб красных (в г. Ромны) узнает об этом до полудня по телефону. А также становится известным, что Махно выступил утром на север.
В это время с юго-востока (из Гадяча) к Чернышевке шел 487 стрелковый полк. Отряд Григорьева сосредоточивался у Нейдригалова; штаб перешел из Ромны в д. Коровенцы, откуда во все стороны имел возможность сноситься по земскому телефону. Со всех сторон организуется разведка и наблюдение за Махно.
В 15 ч. 30 м. от вернувшейся с разведки легковой машины штаба (с пулеметом) красные узнали, что Махно у д. Камлычка. Когда он подходил к п. Сакуново (около 17 ч.) была приказано Григорьеву выйти из Недригайлова ему навстречу, послав части 60 полка на подводах для преграждения путей Махно на восток.
Махно на этот раз был застигнут врасплох. Встретив передовые части Григорьева, он атаковал их, но подвергся сам ударам во фланг и тыл главных сил конницы Григорьева, при поддержке их артиллерийским огнем. Потеряв 56 человек убитыми, 3 пулемета и части обоза, Махно отошел к юго-востоку и расположился у хутора Сердюкова. Перед наступлением темноты штаб красных с 1 бронепоездом, 2 легковыми и 1 грузовой автомашинами подошел к хутору. Махно, не приняв боя, под пулеметным обстрелом и сам отстреливаясь пулеметами, отошел к востоку. 487 полк действовал с юга вяло. Григорьев после боя у Сакуново не преследовал Махно, а к 2 ч. ночи 29 июня его конница подошла к с. Красная, где и стала на ночлег.
В ночь на 30 июня Махно ночует в с. Толстое. Красные в предположении, что Махно еще попытается пройти в Недригайлов, а в случае неудачи отойдет на Гадяч, сосредотачивали свои силы: части 488 полка в с. Смелое, с северо-запада; группу Григорьева в д.д. Марковка и Штеповка, с востока; конный отряд т. Федченко и 487 полк с юга — у Гадяча и Роменский гарнизон в 60 штыков с 4 пулеметами на грузовиках с юго-запада у Коровенцы.
Утром 30 июня 60 полк из группы Григорьева начал теснить Махно с востока, последний пошел на Дергачевку. Тогда из с. Смелое навстречу ему на д. Хоружевку выступил на подводах 488 полк. Конница Григорьева пошла в обход с севера через д. Терны. В д. Хорунжевке с 16 час. Махно, окружается красными со всех сторон, как показано на схеме.
Под ударами 60 и 488 полков Махно разделяется на две группы, бОльшая из них прорывается на север к с. Луценков, меньшая отходит на м. Бутки. Первую преследует конница Григорьева во главе с руководителем всей операции против Махно, т. Эйдеманом, и атакует у с. Луценков; наносит ей большие потери (110 зарубленных, 6 пулеметов, весь обоз), остатки ее скрываются.
Вторая группа у с. М. Бутки натыкается на грузовики с Роменским отрядом и благодаря малой стойкости последнего, разгоняет его и прорывается через д. Коровенцы за р. Сулу, причем сжигает захваченную легковую машину штаба Красных.
До 2 июля распылившиеся по 10—20 человек махновцы уклоняются к югу и в числе около 200 сабель и 10 пулеметов, без патронов и обоза, собираются в районе Гадяча. Утомление конского состава Григорьева и слабая боеспособность расположенных в Опошня и Диканька красных частей облегчает положение Махно. Тов. Эйдеман в своих распоряжениях от 1 июля строит дальнейшую борьбу с Махно на заслонах: пехотой из Зенькова, выдвигаемой к д. Камыши, конницей (7 кавполк) у д. Куземин и частями, выделенными из Харькова к д. Пархомовка. Свой штаб т. Эйдеман перебрасывает по железной дороге в Полтаву, сам же на автомобиле переезжает в с. Веприк (под Гадяч), где должен был находиться конный отряд т. Федченко, на который главным образом ему теперь и приходилось рассчитывать.
Около полудня 2 июля Махно, растянувшись, подходил к д. Камыши. Там его голову должен был задержать отряд из Зенькова, а конница Федченко уже настигала его хвост. Но у Камыши красного заслона не оказалось, в Пархомовке Махно только обстреляли издали, а из Куземина 7 кавалерийский полк отступил, как только заметил приближение Махно. Это дало возможность последнему к вечеру 3 июля достичь железной дороги северо-восточнее Полтавы в районе ст. Кочубеевка. Но здесь оказались два бронепоезда красных, на хвосте у него неотступно шла конница т. Федченко, а с флангов наседали отряды незаможных крестьян.
Тут Махно решает бросить навстречу коннице противника небольшую группу своих всадников с обозом, отвлекает внимание и под этим прикрытием ускользает с остальными силами по пересеченной местности в северо-западном направлении, откуда расходится врассыпную с назначением сбора ночью, снова у ст. Кочубеевка. В районе последней в эту же ночь он небольшими группами просачивается на юг и далее на юго-восток.
В ночь на 7 июля в составе 300 сабель при 9 пулеметах, и 40 тачанках Махно переходит железную дорогу между Лозовая и Константиноград, направляясь в сочувствующий ему Новомосковский район за пополнением людьми, оружием и продовольствием. Этот участок охранялся 5 красными бронепоездами; но он прошел незамеченным, мелкими партиями на широком фронте с назначением сбора в д. Екатериновке (в 12 км южнее ж.-д. ст. Сахновщина).
Красное командование отдало распоряжение для окружения Махно в районе Константиновка — Базилевское. Для этой цели было приказано: бронепоездам не пропустить Махно на север; со стороны Константинограда, двинут был на Константиновку образцовый батальон КВО; от ст. Орелька (с востока) на д. Б. Гряды был выслан 1 истребительный отряд; с юга от д. Б. Бучки был направлен отряд 264 стрелкового полка.
Махно хотел итти на юг по р. Орель, но узнав, что путь ему сюда уже отрезан, быстро двинулся на Константиновну и остановился в балке севернее ее. В то же самое время на Константиновку надвигались выше названные красные части. Махно был оттеснен образцовым батальоном к самой деревне. Здесь банда была окружена. Махно демонстративно повел наступление на восток, а затем быстро собрал ударную группу к западной окраине деревни и, смяв 1 эскадрон 1 истребительного отряда, вышел на свободу. Разбившись на мелкие группы по 20 человек, Махно назначает всем сбор в районе Новомосковского леса. Там он немного пополнился — и в составе до 400 сабель с 15 пулеметами 9 июля внезапно окружает роту 263 стрелкового полка у ст. Зайцево (Лозовая — Синельниковской железной дороги) и проходит на Раздоры — Просяная — Б. Михайловка. Здесь он натыкается на 266 стрелковый полк и сворачивает на восток.
10 июля новый руководитель операций против Махно, т. Германович, отдает приказ, привлекая к преследованию Махно кавалерийский полк 30 дивизии, к преграждению ему пути на юг (см. схему 31) от линии Розовка — Царевоконстантиновка — Пологи — части III конного корпуса, и 15 и 45 автобронеотряды разгружает на ст. Царевоконстантиновка. С последними он лично начинает 12 июля погоню за бандитами. Теперь Махно уходил к сочувствующему ему району Волновахи. Но там ему не приходится задержаться, так как всюду его настигают бронемашины. Даже в балке, поросшей кустарниками, западнее Голодаевки, банде не удается скрыться от преследующих. 16 июля в таком положении банда была окружена со всех сторон бронемашинами, обстреливавшими кустарник из пулеметов. «Бандиты прижимались в балке к каждому кустику и прятались за каждым камнем, ища спасения от смерти». В паническом настроении, через три часа после начала обстрела, напуганные сигналом и гудком одной из бронемашин, спустившейся в овраг, бандиты бросились в рассыпную из кустов в поле. В этом бою Махно снова потерял все тачанки, 33 пулемета (большей частью неисправных) и около сотни убитых. Остатки в числе 60 человек при 1 ручном пулемете 19 июля перебрались через реку Донец.
Это было одно из последних сопротивлений Махно в окружении. После этого, когда он 8 августа вернулся в Харьковскую губернию, начинается его безостановочное бегство через Украину на запад до румынской границы. В этот период его гонят исключительно броневики и автогрузовики и заслуживают внимания следующие эпизоды. 16 августа он вплавь переправляется через Днепр, причем получает одиннадцатое ранение (в ногу) и все же ускользает; 20 августа утром он атакует беспечно расположившуюся без охранения 1 бригаду 7 кавалерийской дивизии и захватывает у нее 25 тачанок с пулеметами, в тот же день вечером его настигают (опомнившиеся) части 7 кавдивизии и 38 автоброневой отряд при переправе через р. Ингул и почти целиком уничтожают. Самому Махно с несколькими приближенными все же удается скрыться. После неудачной попытки сформировать новые банды в Балтском и Гайсинском уездах, Махно в первых числах сентября переходит в Румынию.
На этот раз обстановка окружения создается для Махно в новых условиях, наиболее для него неблагоприятных. Его система быстрых передвижений и пополнений разгадана. Красное командование почти безошибочно определяет, куда он пойдет, и нигде не дает ему передышки. Постепенно ему преграждается доступ в сочувствующие районы. Ему еще удается совершать успешные прорывы. Этому способствует небоеспособность многих отрядов его противника. С другой стороны он с прежним успехом применяет свои демонстрации и под их прикрытием наносит молниеносные удары в противоположном направлении, обычно открывавшие ему выход на свободу.
В этот период особенно часто он применяет метод распыления на мелкие отряды, с заблаговременным назначением им сборных пунктов, достаточно удаленных от противника. Такое распыление особенно оказалось удобным для прорыва через железные дороги, насыщенные бронепоездами. Последние в борьбе с Махно оказались вовсе бессильными. Зато у него появился новый враг, который и добил его. Это были небольшие автомобильные отряды, составлявшиеся не только из бронемашин, но и из грузовиков, легковых автомобилей и мотоциклеток. Неотступно следуя за ним, они нигде не позволяли ему задерживаться, поражая его огнем издали, когда он старался укрыться в непроходимых для автомашин местах.
Тем не менее Махно не теряет энергии и изобретательности и, исколесив за два месяца с небольшим всю Украину, неоднократно разбитый, возрождается, как феникс из пепла, боем раздобывает у беспечных своих врагов пулеметы или находит их в одному ему известных тайниках припрятанными и продолжает упорную борьбу.
Ему приходится ее прекратить, когда Красное командование методическим занятием его прежних жизненных районов и правильной постановкой там политической работы лишает его поддержки масс, наводит панику на тех, кто еще был склонен итти по одному с ним пути, и окончательно изолирует его.
Потерпев неудачу в последних районах, на которые Махно мог надеяться в Балтийском и Гайсинском уездах, где за ним никто более не захотел итти, он — не пойманный до конца — с горстью своих сподвижников переходит границу.
* * * * *
Переходя к выводам по всем разобранным боевым действиям Махно, в годы гражданской войны, с точки зрения ведения им борьбы в условиях окружения, мы можем отметить следующее.1. Махно обычно окружался тогда, когда он сам проявлял активную деятельность. Окружение создавалось в маневренной обстановке, не подходящей вполне ни под определения встречного столкновения, ни под понятие отхода. Обстановка окружения Махно скорее всего напоминает преследование его. Его же деятельность имеет довольно яркий партизанский характер.
И пока противники Махно не считались с этой чертой его крайней маневренности, а вели против него операции крупными силами, и пока не удалось вскрыть так сказать тайны его сообщений, — окружение не приводило к успеху. И только тогда, когда удалось заглянуть в корни, питавшие махновщину, и обезвредить их, силы Махно стали таять, и грозный бандит, оставшись без армии, его поддерживавшей, должен был бежать, как загнанный заяц. И бежать к тем, кого он перед массами, на которые он ранее столь сильно влиял, никогда бы не мог обрисовать как своих будущих друзей и спасителей.
2. Отдельные эпизоды борьбы выхода Махно из окружения обычно непродолжительны. В общей же сложности борьбы Махно на все стороны, и с белыми и с красными, т. е. всегда в условиях окружения, то расширяющегося до полного простора, то суживающегося в узкое кольцо — эта борьба им велась в течение почти трех лет.
3. Особенность его действий в окружении и заключалась в том, что он, как правило, никогда не принимал мер противодействия обходу его противником. Наоборот, он обычно сознательно давал себя окружить, ибо — уверенный в удаче своего прорыва — более озабочивался освобождением от противника того района, куда он намеревался проскочить.
4. До последнего периода борьбы (лета 1921 г.) Махно не боялся перерыва сообщений, ибо во-первых, имел все необходимое при себе, а во-вторых, никто не знал его «тылов». А они у него были и скрывались в деревнях, лесах и городах, где он имел и своих доверенных агентов и заготовленные склады оружия, боеприпасов и продовольствия. Об этом узнали его противники только тогда, когда изучили и проследили известную последовательность в посещении им после боев, прорывов и потерь одних и тех же местных районов. Впоследствии это было подтверждено и некоторыми пленными махновцами.
5. Управление у Махно базировалось на его громадном авторитете среди сочувствующих ему слоев крестьянства и на его природных военных дарованиях: умелом разгадывании обстановки, решимости, безумной храбрости, твердости и изобретательности по части военной хитрости.
Связь его с жизненными центрами поддерживалась всей массой сочувствующего ему населения. Противникам Махно никогда нельзя было точно определить, является ли встречный человек просто, местным жителем или исполняющим важное поручение махновцем.
6. Действия Махно в окружении в большинстве случаев характеризуются вначале упорством обороны занятого местного предмета и стягиванием вокруг себя кольца. Но в нем он не засиживается. Все мысли его сосредоточиваются на прорыве. Он не упускает случая, находясь в окружении, тревожить тыл своих врагов при помощи своих агентов и мелких партий. Иногда своими смелыми активными контрнападениями на участки окружающего его кольца он — и окруженный — становится более страшным окружающему, чем они ему.
7. Прорыв — это трехгодичная его специальность. Часто он ему удается, когда казалось бы нет никакого выхода. Это достигается прежде всего умелой организацией демонстрации. Приемы демонстраций очень разнообразны. Реже применяется простой заслон. Махно мастерски выбирает направления для прорыва и наносит сокрушительный удар внезапно собранным кулаком. Другой раз, наоборот, он избегает удара и, назначив сборный пункт примерно в полупереходе или переходе вне кольца окружения, разделяется на мелкие группы и просачивается через противника; в темноте или даже прорывается в критическую минуту в открытую в разные стороны.
Зачастую прорыв сопровождается значительными потерями людьми и до 100% пулеметов и обоза. Но затем он в ближайшем своем жизненном центре быстро восстанавливает свою боеспособность.
8. Меры морального воздействия у Махно при осуществлении им столь трудной борьбы в условиях окружения, сводились повидимому к его личному влиянию на сподвижников, к их спайке за продолжительный срок совместной боевой работы и пожалуй к страху перед своим «батько», не останавливавшемся перед суровой расправой. С другой стороны бандиты, жестоко расправлявшиеся с попадавшими в их руки красными бойцами, знали, что в случае неуспеха прорыва им не ждать пощады. Это сознание также заставляло их упорно драться.
В некоторых случаях Махно ведет активную агитацию среди своих противников.
9. У Махно не было артиллерии и технических средств борьбы кроме пулеметов, число которых иногда бывало очень велико. Когда же ему удавалось захватывать неприятельские орудия или автомобили, он незамедлительно пользовался ими. В обстановке окружения он много раз для спасения остатков своей живой силы без сожаления бросает противнику свою технику, правильно считая, что при его активной деятельности по неприятельским тылам, техника (оружие) было дело наживное.
В заключение разобранная нами деятельность Махно в окружении, будучи весьма своеобразной, должна быть поставлена на свое место. А место ей не в большой, а в так называемой малой войне. Это ничуть не умаляет значения разобранных нами операций для будущего.
Будущее не только не исключает обстановки малой и партизанской войны, но, как раз обратно, классовая сущность будущих боевых столкновений обещает нам еще больше сюрпризов в тылах, и надо уметь самим вести малую войну не хуже, чем бороться с нею, если ее поведут в нашем тылу наши враги.
Меньчуков Е. Исторический очерк боев в условиях окружения. М., 1930.
Об авторе.