Понимание идей «Тотальной войны» Людендорфа в отечественной историографии (I)

Одним из создателей теории тотальной войны был видный идеолог германского милитаризма генерал Людендорф. В 1935 г. он выпустил книгу «Тотальная война», в которой изложил свою «философию» войны. Тотальная война, по Людендорфу, — это беспощадная война на истребление. Она ведется с предельным напряжением всех материальных и духовных сил страны и с использованием не только вооруженных сил, но и всех доступных средств и способов политической, экономической и психологической борьбы. В тотальной войне, считал Людендорф, допустимы политическое вероломство, жестокий террор по отношению к населению вражеской страны вплоть до частичного или даже полного его истребления.

Людендорф не отрицал, что тотальная война, возможно, будет длительной и упорной, а это для Германии, как он говорил, может быть равносильно поражению, поскольку ее экономика не выдержит продолжительного напряжения. Не был уверен Людендорф и в том, что предельное напряжение материальных и духовных возможностей страны будет под силу широким народным массам Германии. Уроки первой мировой войны напоминали, что терпению и выдержке народа наступает предел. Для того чтобы избежать такого исхода событий, Людендорф рекомендовал военному командованию стремиться окончить тотальную войну возможно скорее, чтобы исход ее не оказался под угрозой экономических затруднений и потери единения в народе. Так в рассуждениях Людендорфа сливались воедино теории тотальной и «молниеносной» войны.

Сущность теории «молниеносной» войны, по мысли Людендорфа, состояла в том, чтобы, используя такие факторы, как внезапность нападения, превосходство в силах и средствах, с самого начала войны нанести решительное поражение первому стратегическому эшелону войск (армии прикрытия), а затем, развивая стремительное наступление в глубь страны, завершить разгром противника прежде, чем он сумеет мобилизовать и использовать свои потенциальные военные и экономические возможности.

Начальный период войны. М., 1974.

С лёгкой руки авторов вышеупомянутого труда в отечественной литературе Людендорф стал проповедником «молниеносной войны». И вот уже автор за автором старательно, с высунутым от напряжения языком, переписывают «эти простые, но в то же время великие слова» (х/ф «ДМБ»). В качестве примеров можно указать, например, «Нацистская Германия против Советского Союза: планирование войны» (М., 2015; см. гл. 1 «Преемственность германского военно-стратегического планирования: от Второго к Третьему рейху» за авторством С.Я. Лавренова). Или вот более свежее:

«В том же 1936 году в Германии была издана книга генерала Людендорфа «Тотальная война». В ней известный немецкий генерал провозглашает, что будущую войну необходимо вести до полного уничтожения всех сил и всего военного потенциала противника. По его утверждению, война должна быть кратковременной и «молниеносной». При этом необходимо еще до начала войны максимально ослабить противника подрывной работой, а потом внезапно обрушиться на него всеми силами и разгромить еще до того, как он успеет отмобилизоваться и перестроить экономику на военные рельсы». (Рунов В. Битва танковых генералов. М., 2021)

Следует заметить, что ранее в советской исторической литературе старались отделять мух от котлет и два этих понятия («тотальная война» и «молниеносная война») не смешивать, а представлять в качестве отдельных компонентов будущей доктрины. За примерами можно обратиться, например, к работе А.Д. Багреева «Военное искусство капиталистических государств (1939—1945 гг.)» (М., 1960) или коллективному труду под общей редакцией П.А. Ротмистрова «История военного искусства», Т. 1 (М., 1963).

Неудивительно, что в 1936 году, когда в советской прессе появились отзывы на зарубежную новинку, в ней совершенно не разглядели пропаганду какой либо «молниеносной войны»:

«Фашизм отходит от теории быстрой и скоротечной войны, когда победа якобы может быть достигнута коротким ударом небольшой, но великолепно подготовленной армии. Он готовится к длительной войне и вынужден создавать массовую армию». (Большевик. 1936. № 16).

В том же году в журнале «Военный зарубежник» опубликовали как развёрнутую рецензию на книгу, так и одну из глав. Полный русский перевод издали только в 2015 году (Людендорф Э. Тотальная война. М.: Издательство «Э», 2015).

* * * * *

ТОТАЛЬНАЯ ВОЙНА
Генерал Людендорф. General Ludendorf. Der totale Krieg. Ludendofs Verlag. G.m.b.H. München. 1935. 120 S.

Последнее произведение генерала Людендорфа, бывшего начальника генерального штаба и фактического главнокомандующего германских армий в мировую войну, рисует взгляды автора по вопросу, к какой войне должна готовиться Германия. Хотя Людендорф предупреждает, что его книга представляет итог «личного и самого серьезного военного опыта», а не официальных взглядов, однако это не уменьшает значения книги для изучения фашистской военной доктрины.

Содержание книги распределено по следующим главам: 1) Сущность «тотальной»» (всеоб'емлющей) войны; 2) Духовная целостность (единение) народа как основа тотальной войны; 3) Экономика и тотальная война; 4) Сила и состав вооруженных сил; 5) Составные части вооруженных сил и их применение; 6) Ведение тотальной войны; 7) Полководец.

Под тотальной войной, в определении Людендорфа, подразумевается такая война, в которой непосредственно участвуют не только армия, но и весь народ, подвергаясь вместе с армией потерям, блокаде, пропаганде и пр. Таким образом, театром войны становится вся территория воюющих стран. В таком определении термин «тотальная война» давно уже существует в буржуазной литературе. Новым в рассуждении Людендорфа является заявление о необходимости отвергнуть известное определение Клаузевица: «война есть продолжение политики насильственными средствами». Людендорф заявляет: «Все теории Клаузевица нужно отбросить. Война и политика служат для поддержания самосохранения народа, но война — это высшее выражение народной воли к жизни. А потому политика должна служить ведению войны».

Апофеоз милитаризма и проповедь беспощадного насилия в интересах германского империализма являются одним из исходных пунктов для всех последующих рассуждений воинствующего милитариста.

В главе «Экономика и тотальная война» Людендорф, на основании опыта мировой войны, старается доказать особую важность экономической и финансовой мобилизации именно для тотальной войны.

Почти на каждой странице этой главы своей книги Людендорф напоминает о своих заботах по части снабжения армии в мировую войну. По его мнению, сельское хозяйство должно было бы обеспечить страну своими продуктами.

В области индустрии Людендорф вспоминает особые затруднения с металлами и особенно с медью. Повсеместный сбор меди по хозяйствам не покрыл потребностей (вопреки сведениям из некоторых других источников), но выручил Парвус (Гельфанд), доставший медь при помощи своих связей через Копенгаген. По поводу военного снабжения Людендорф «скромно» заявляет (стр. 42), что его «тщетная борьба за увеличение боеприпасов для артиллерии, равно как и за снабжение техническими вспомогательными средствами, останется навсегда незабвенной в истории армии». Только когда он прибыл в главную квартиру 29 августа 1916 г., «удалось в этом кое-что сделать».

Касаясь вопроса об обеспечении военного производства рабочей силой, Людендорф вспоминает затруднения, возникшие с возвращением с фронта десятков тысяч рабочих, которые «оказались в несравненно лучших условиях, чем их товарищи на фронте, но не хотели ни чем поступиться из своих преимуществ». Он обвиняет Ратенау в излишней централизации и бюрократизме при организации военного производства.

Следующую главу «Силы и состав вооруженных сил» Людендорф начинает с тезиса, что главное командование будет стремиться окончить тотальную войну возможно скорее, чтобы исход ее не оказался под угрозой экономических затруднений и потери «единения в народе». Тотальная война требует передачи в распоряжение командования всех сил народа в форме хорошо организованных и хорошо снабженных вооруженных сил. Призыву подлежат все возрасты от 20 лет. Срок постоянной службы устанавливается в 2—3 года, так как иначе трудно производить переподготовку старших возрастов.

Таким образом Людендорф отстаивает армию, построенную на основе всеобщей повинности с многочисленными резервами, причем старшие классы образуют эрзацформирования. Иностранцы чужой расы в войска не допускаются. Армия должна быть снабжена всеми совершенными техническими средствами; в передовых линиях человек должен быть, по возможности, заменен машиной. Но человек у Людендорфа все же остается на первом месте. При современных разреженных фронтах особенно высокие требования пред'являются к одиночному бойцу и не только по части военного обучения, но и по сохранению «расовой чистоты германской культуры и германского богопознания». Для преодоления чувства самосохранения многое в бою должно делаться «механически:», т. е. путем превращения солдата в автомат.

В главе «Составные части вооруженных сил и их применение» Людендорф считает, вопреки теориям других фашистов, что для континентальных стран решающее значение имеет победа не в воздухе, а на земле. «Никакой полководец не может надеяться достигнуть победы лишь бросанием бомб в неприятельское население; еще не вполне доказано, что самолеты при хорошей ПВО смогут достигать и бомбардировать цели. Надо сперва победить неприятельскую армию и только тогда своя победоносная армия во взаимодействии с воздушными силами сможет действовать в неприятельской стране, в тылу неприятельской армии» (стр. 64).

С другой стороны, Людендорф считает важнейшей задачей военновоздушных сил «господство в воздухе». Кроме авиационных частей, состоящих с самого начала войны в распоряжении армии и флота, он признает необходимость в наличии «массы воздушных сил, предназначенной для планомерных, об'единенных действий с целью достижения господства в воздухе, которое должно быть достигнуто там, где прежде всего ищут стратегического решения» (стр. 95).

«Выполнение воздушных налетов против военной промышленности противника (т. е. самостоятельная деятельность ВВС) совершается в те фазы войны, когда воздушные силы не связаны большими заданиями. Само командование должно решить, когда и какие задачи дать воздушным силам. Оно не должно упустить использования воздушного флота в целях достижения решительного результата на суше и на море. Но «надежды на воздействие на население неприятельской страны легко могут и не оправдаться» (стр. 83).

Между прочим, парашюты в воздушном флоте, по мнению Людендорфа, применимы лишь для спасения летчиков при авариях.

Людендорф отмечает, что наличие воздушных сил, быстрых моторизованных соединений, а в морском флоте — быстроходных кораблей, наряду со средствами современной тайной разведки, создали новые возможности разведки противника. Но так как у противника все эти средства также имеются, то военные действия должны иметь, тем более решительный характер, чтобы противник не успел принять своих мер противодействия.

Однако, этот совет плохо вяжется с рекомендуемыми Людендорфом формами сближения. Сближение с противником в будущей войне он рисует по старому трафарету: в форме движения глубоких походных колонн (20 км и более) со скоростью в 4—5 км в час, по 25—30 км в сутки, на фронте в несколько сот километров это движение будет заканчиваться колоссальными встречными боями. Центр тяжести усилий на решающем направлении будет создаваться сближением колонн и их удлинением в глубину или созданием эшелонов. На других на правлениях колонны делаются короче, а интервалы между ними увеличиваются. Увеличение скорости суточного перехода моторизованных соединений не внесет в этот порядок, как полагает Людендорф, никаких изменений.

В военных действиях важнейшее значение имеет сражение, а для одержания победы — сильнейшая огневая мощь, т. е. уничтожающее действие перевеса огня. Именно в огневой мощи Людендорф видит главнейший залог победы, хотя и очень медленной, на других средствах (маневр, бронесилы, ВВС и пр.) он почти не останавливается. По его мнению, танки в мировой войне имели большой успех лишь по той причине, что противотанковые средства не были достаточно разработаны.

Преимущество охвата противника перед фронтальным ударом он считает «азбучной истиной». Но он держится мнения, что самый широкий охват все же не устраняет необходимости штурма, т. е. подхода вплотную к противнику.

«Искусство вождения», по мнению Людендорфа, состоит в том, чтобы «нацелить центр тяжести усилий в слабое место противника, в таком направлении, где победа над противником должна обратиться в полное поражение его». Это определение не выходит из пределов чисто боевого более или менее крупного, но все же тактического, местного успеха, не решая проблемы стратегического решающего успеха на театре войны.

В позиционной войне он видит «вырождение» военного искусства, а причину возникновения этого вида войны он усматривает в «неумении сторон одержать победу в подвижной войне».

Имея в виду условия ведения тотальной войны на огромных фронтах, Людендорф напоминает о невозможности повсеместного наступления. Отсюда необходимость подготовки для обороны позиций в зависимости от хода операций. С этой точки зрения оправдывается постройка пограничных укреплений или крепостей, хотя роль последних, по мнению Людендорфа, в настоящее время уменьшилась.

Как образец преимущества охвата перед фронтальным ударом, он приводит, конечно, сражение под Танненбергом. Он критикует операции командования 9-й германской армии, пожелавшего устроить «сверх Танненберг» путем охвата северного фланга противника, подготовлявшего наступление от Варшавы на Познань в ноябре 1914 г. (Лодзинская операция). Охват был нацелен слишком глубоко, противник сильно потеснил части 9-й армии на внутреннем фланге, а наступление его также и против внешнего фланга этой армии еще более обострило положение. Отсюда вывод Людендорфа о необходимости сковывания противника и обеспечения обходящего фланга сильным уступом.

На приемах прорыва позиции противника Людендорф останавливается мало. Он считает возможным прорыв лишь при наличии большого превосходства в артиллерии и танках и при участии авиации, но с оговоркой — «если окажется невозможным иной способ действий».

По поводу своей неудачи в марте 1918 г. Людендорф пишет, что германское наступление 18 марта, вероятно, не состоялось бы, если командование было извещено о слабости позиции противника перед правым флангом 18-й армии или если бы эта последняя как следует использовала это слабое место. В действительности, неудача об'ясняется тем, что наступление, удачно начатое в направлении на северо-запад от Амьена, было направлено им же в юго-западном направлении на Мондидье, против левого фланга французов, где были ближе французские резервы, которые и остановили продвижение германцев. Таково обращение Людендорфа с историческими фактами, чтобы замазать свои стратегические ошибки.

По вопросам блокады, подводной войны и бомбометания с воздуха Людендорф держится крайних взглядов. Запрещение тотальной (неограниченной) подводной войны, так же как и запрещение сбрасывания бомб в население, он считает наивными пожеланиями. Требования тотальной войны переходят к «порядку дня», минуя дешевые теоретические пожелания об отмене неограниченной подводной войны. Подводные лодки и авиация лишь изменяют формы блокады, давая возможность с большого расстояния закрыть доступ в неприятельские гавани, даже не заграждая их минами. В общем значение блокады в будущей войне, по мнению Людендорфа, должно усилиться(1).
________________
1. Следующая глава «Ведение тотальной войны» дана отдельно в переводе — см. стр. 1. — Ред.


В последней главе — «Полководец» — Людендорф выдвигает требование диктаторских полномочий для главнокомандующего с самого начала войны и даже лучше с начала подготовки к ней.

Все силы и средства страны должны быть переданы в распоряжение Главнокомандующего для ведения тотальной войны. Под его контролем должны быть и политика и экономика. Его действия не подлежат ничьему вмешательству и контролю.

Роль полководца очерчена следующими словами: «Во всех областях жизни он один решает, и его воля — указ. Он ведет войну по замыслу, который он сам составляет. Никто не может делать ему в этом отношении руководящих предложений или освобождать от ответственности, которую он несет во всех областях ведения тотальной войны» (стр. 107, 110).

Он должен проверять, чтобы финансы и хозяйство отвечали требованиям тотальной войны. Он твердо устанавливает руководящие директивы для политики, которые последняя должна выполнить, обслуживая ведение войны (стр. 114—115).

Идеальное решение проблемы полководчества, по мнению Людендорфа, было осуществлено в лице Фридриха Великого, так как он «сочетал в одном лице и полководца и абсолютного монарха» (стр. 107, 111).

От полководца требуется более всего твердый характер, «который часто важнее, чем знание». Однако, выбор полководца затруднен условием, что только война обнаружит, что человек, который должен вести тотальную войну, — действительно полководец, в истинном смысле этого слова.

Касаясь организации германского генерального штаба времен мировой войны 1914—1918 гг., Людендорф считает ее «нездоровой» на основании того, что вместо одной прямой и ясной системы управления в ней существовала двойная система: по линии командования и по линии генерального штаба. При этом установился такой порядок, что на различных ступенях командования фактически распорядителей часто являлся не командир, а начальник штаба. Такое ненормальное положение в мировую войну началось «сверху». Номинально во главе вооруженных сил стоял кайзер, начальником генерального штаба был Гинденбург, а генерал-квартирмейстером Людендорф, который «с полной ответственностью давал указания армии и вел войну». Он же давал указания командирам не только армий, но и армейских групп, считая сам это ненормальным. Аналогичный порядок поддерживался в армиях, корпусах и т. д. Таким образом, наряду с командным составом (прямых начальников) создалось «хозяйничанье» штабов или генерального штаба. Подчинения по штабной линии в будущем, пишет он, не должно быть, так же как и непосредственных переговоров офицеров генерального штаба высших штабов с низшими, так как это создавало путь передачи приказов, который не под давался контролю.

Военный зарубежник. 1936. № 4.