Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Category:

Советы Р.Я. Малиновского

Докладная записка Р.Я. Малиновского И.В. Сталину о подготовке ударных группировок

1 ноября 1942 г.

Совершенно секретно
Особо важно
Единственный экземпляр


МОСКВА, СТАВКА
тов. СТАЛИНУ

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА

Двухмесячные бои северо-западнее Сталинграда служат очень большим опытом в нашей борьбе с немецким империализмом. В эти два месяца в этом районе мы предприняли ряд наступательных операций, эти операции проводились периодически силами, вполне достаточными для решения тех ограниченных оперативных задач, которые передними ставились, однако успеха мы не добились. Такое положение заставило со всей возможной глубиной разобраться в этой неудаче. Найти причины, почему нам не удалось разбить немцев в этом районе, и этим положить начало разгрома всех немецких сил на Юге и Северном Кавказе. Оценивая в этом разрезе оперативную обстановку, сложившуюся на Юге и Северном Кавказе, можно прийти только к одному определенному выводу:

1. Противник летом этого года предпринял наступление только на Юге и сосредоточил на этом сравнительно небольшом участке фронта все возможные свои силы (летом и осенью 1941 г. противник наступал на всем почти фронте — протяжением в 3000 км) и добился решающего успеха — разобщил наши силы и начал непосредственную атаку одного из главнейших стратегических центров — Сталинграда. Позволить противнику закрепиться в этом центре — это значит дать ему колоссальную выгоду для продолжения войны. Противник, совершенно отдавая себе в этом отчет, напряг все свои силы именно на достижении этой цели, но, не достигнув ее полностью, уже изнемог — его силы иссякают; он уже не имеет возможности в широких масштабах черпать силы из глубины и выбрасывает непосредственно на фронт все тыловые части: саперные, этапные, обозные, санитарные и даже музыкантские команды. Значит, наступил благоприятный период, чтобы разбить немцев и так крепко разбить, чтобы фронт отлетел на первое время за Днепр. Это было бы выигрышем всей войны, ибо после этого, пожалуй, немцев стали бы бить и все их вассалы, спасая самих себя.

2. Что для этого нужно?

Для этого нужно отказаться от мелких ударов, которые проводились разновременно и недостаточными силами. В силу невероятной оперативной спешки эти удары были совершенно неподготовленными и проводились буквально с хода. Кроме того, они проводились совершенно неподготовленными войсками. Ни войска начальников, ни начальники войск не знали. В этих условиях нужна длительная подготовка операции, измеряемая двумя-тремя неделями, а не одним-двумя днями (которых кстати войска тоже не имели). Этот подготовительный период должен включить в себя и боевую подготовку пехоты наступательным действиям на местности, специально подобранной и похожей на ту, на которой нужно будет атаковать противника. Половину этой тренировки войск нужно провести ночью, чтобы приучить войска и, главное, начальников к правильному ориентированию на местности, на которой намечено бить противника.

Чтобы противник не использовал этот подготовительный периоде большой для себя выгодой, необходимо создать для него напряженные условия ведения боя и операции и питать оборонительную операцию свежими силами, но в строго ограниченных размерах, стремясь обескровить противника в оборонительном сражении и этим самым создать наивыгоднейшие условия для перехода в решительное наступление.

3. Какие необходимо собрать силы для решающего удара?

Для решающего удара необходимо собрать не менее сорока дивизий и большую половину из них свежих полнокровных, остальные должны быть старыми обстрелянными и наиболее боеспособными дивизиями, достаточно укомплектованными и отдохнувшими перед этой операцией. Не менее пятнадцати танковых бригад или полков (600—800 танков) для удара непосредственно с пехотой. Три-пять танковых корпусов. Два-три кавкорпуса усиленных моторизованными стрелковыми дивизиями. До восьмидесяти артиллерийских полков усиления и столько же полков РС. Три-четыре воздушных армии с общим числом самолетов около тысячи, из них около одной трети истребителей, остальные штурмовики и бомбардировщики дневного типа. Ночных бомбардировщиков необходимо в пределах двести-триста самолетов.

Материальное обеспечение должно быть рассчитано так, чтобы питать эту ударную группировку и иметь месячный запас и главное — обеспечить ее транспортными средствами, включая и транспортную авиацию. Необходимо обеспечить эту ударную группировку пятью боевыми комплектами огнеприпасов, сверх обычного установившегося нормального питания огнеприпасами, правда, крайне недостаточного.

4. Как построить эту ударную группировку для удара?

Оперативное построение должно исходить из расчета иметь в первом эшелоне тактического прорыва не больше 25 дивизий, десяти—двенадцати танковых бригад и всей артиллерии усиления. В эшелоне оперативного развития успеха — танковые и кавалерийские корпуса с мотодивизиями и до десяти стрелковых дивизий. В резерве не более пяти дивизий и трех танковых бригад без артиллерийского усиления.

5. Где выгоднее ударить?

Самым выгодным в оперативном отношении направлением является фронт Нов. Калитва, Казанская — с которого нанести удар в общем направлении на Чертково, Миллерово, Каменск, Ростов. Ближайшая задача: прорвав фронт, овладеть ж. д. Кантемировка—Чертково; последующая — овладеть районом Миллерово, Каменск, Лихая. Затем стремительное движение на Ростов с целью его захвата с одновременным разворотом фронта на линию Кантемировка, Старобельск, Лисичанск, Ворошиловск, Таганрог. Этот фронт должен послужить прикрытием против тех сил, которые противник выдвинет с Запада, подтянув их из глубины и за счет других фронтов. Много сил противник на этот фронт выбросить не сможет — максимум он сможет сюда подбросить до десяти дивизий. Учитывая, что по времени года он будет лишен своего основного преимущества — мотоманевра и авиации, мы будем действовать с ним на равных условиях. Следовательно, и с нашей стороны можно ограничиться на этом фронте десятью дивизиями с небольшим маневренным усилением.

Главную массу войск ударной группировки направить на уничтожение сил противника к востоку от линии Нижне-Астахов, Морозовский, Пролетарская. Стремясь наравне с Ростовом захватить возможно стремительней и быстрее Нижне-Астахов, Морозовский, Цымлянская и Пролетарская, и в этих узловых пунктах перерезать, еще до подхода наших главных сил, коммуникации противника.

Наряду с нанесением этого главного удара противнику, примыкающие фронты должны также нанести свои удары, сближая их с главным ударом: в направлении Коротояк, Валуйки и Вешенская, Чернышевская, активно сковывая силы противника на остальном фронте.

Закавказский фронт должен напрячь все свои силы и проявить максимальную наступательную активность в направлении Тихорецк, Сальск, стремясь к захвату этих пунктов, а также Крапоткин, Армавир. Однако его фронт по р. Терекдолжен быть исключительно прочным с тем, чтобы исключить всякую угрозу нефтеносным районам и быть готовым сесть на спину противника, если он хлынет на северо-запад.

Успешное развитие этой решающей операции заставит противника пойти на резкое ослабление своих других фронтов, чтобы бросить силы на спасение своих армий на Юге и Северном Кавказе. Раньше всего противник сможет собраться для контрударов в районе Валуйки, Харьков, поэтому нужно быть готовым к отражению этих ударов, для чего нужно иметь на этом направлении резерв ударной группировки и, естественно, питать операцию подтягиванием дополнительных сил за счет других фронтов, если не будет под силу начать последовательно наступательную операцию на Смоленском направлении.

После разгрома противника к западу от Сталинграда и на Северном Кавказе противник не будет способен к дальнейшему активному ведению войны, а наши союзники, почувствовав это, немедленно откроют второй фронт, боясь опоздать. Значит, в этом ударе кроется выигрыш всей войны, поэтому мы обязаны напрячь все свои возможные силы.

В состоянии ли мы собрать необходимые силы и толком подготовить эту операцию? Безусловно, силы такие мы собрать сможем и сможем не нервничая подготовить ее, преодолевая упорно все трудности. Нужно немедленно только начать эту работу, учитывая, что операция должна начаться не позже середины декабря 1942 года.

------------------------

Наряду с вышеизложенным необходимо немедля провести ряд неотложных мероприятий по общему укреплению наших вооруженных сил и устранить некоторые абсолютно нетерпимые наши слабости.

Первая и главнейшая наша слабость — это очень низкая воинская дисциплина, хотя по ее укреплению за последнюю треть года принято ряд мер, но они все же недостаточны. Мы чрезмерно много говорим за дисциплину, пишем даже передовицы, проводим беседы — а это, по сути дела, есть ослабление дисциплины, а не ее укрепление. М.В. Фрунзе раз написал: «Уговаривания и увещевания к выполнению приказаний сами по себе суть грубейшее нарушение дисциплины, а она, как всем известно, есть основа основ военного дела». Нужно категорически запретить писать о необходимости дисциплины, а заставить людей молча проводить ее в жизнь жесточайшим образом. Сейчас нужно сделать в месяц то, что мы не сделали за 25 лет. Выхода другого нет.

Главный проводник дисциплины в армии — это младший командир, а он у нас буквально растворился в массе бойцов и его нет, есть единицы, но им не дают устояться, они сразу же стают средними командирами, и мы теряем хорошего младшего командира и получаем плохого среднего командира. Нужно срочно поставить младшего командира на свое место. Для этого необходимо издать положение о младших командирах — об их правах и обязанностях. В нем изложить ясно права: чтобы никто не посылал на работу младших сержантов, сержантов, старших сержантов и старшин наравне с рядовыми бойцами, не ставил бы их часовыми на посты, чтобы они только контролировали службу и работу своих подчиненных. Указать, кому он является начальником, кому старшим. Одеть их по возможности в лучшую одежду, а на зиму обязательно полушубки и валенки, обеспечить возможность достать знаки различия в массовом количестве, обязательно заставить носить эти знаки. Вооружить всех младших командиров в боевых частях автоматом. Установить повышенное пособие его семье. Установить церемонию производства в младшие командиры и прикалывание знаков ротным командирам перед строем. Запретить всем без исключения жаловаться на строгость младших командиров. Только ротный командир может давать указания младшему командиру, указывая на его ошибки при личном вызове и только в присутствии командира взвода. Запретить всякую опеку над работой младшего командира, а тем более подмены его со стороны средних командиров. Изложить кратко в положении, как младший командир обязан руководить в бою обоими подчиненными и поименно указывать порядок перебежек вперед при наступлении; к невыполняющим его боевого приказа обязан (а не может) применять силу оружия, в противном случае по отношению к нему будет применено оружие старшим его начальником. Во всяком случае, нужно заглянуть в подобные положения и уставы иностранных армий и в старые царские уставы. Именовать младших командиров подофицерами. Кроме всего, изъять учебные батальоны из дивизий и сводить их в учебные бригады, дислоцируя их во фронтовом тылу, чтобы они действительно учились, а то в дивизиях они все время воюют наравне со всеми стрелковыми батальонами, но за дивизиями их сохранять, чтобы они возвращались подофицерами в свои же части. Через три месяца мы должны получить хорошего подофицера в пехоту, которая крайне в этом нуждается.

Среднему командиру запретить выполнять работы за подофицера и за офицера, ибо он до сих пор очень плохо выполнял эти обе функции одновременно. Пускай он крепко возьмется за свою офицерскую работу. Именовать их офицерами Красной Армии. При выпусках из училищ и школ младших лейтенантов обязательно всех выпускников одевать в офицерское обмундирование и снаряжение, чтобы наши офицеры Красной Армии действительно имели офицерский вид (то, что им нужно маскироваться под бойца в бою, чтобы его не выбивали снайперы противника, — довод неосновательный и принесший много вреда, ибо наш командир не всегда глубоко понимающий свою исключительную роль, так замаскировался под бойца, что его найти среди деморализованных подразделений буквально не представляется возможным, особенно если и командир стремится к тому, чтобы его не найти). Форма же, отличающая командира от всей массы бойцов, ко многому обязывает. Наконец, в чрезмерно ближнем бою командир должен пользоваться маскхалатом (комбинезоном). До сих пор из училищ (не говоря уже о курсах, откуда младший лейтенант приходил в старом, а то и изношенном обмундировании) лейтенанты приходили в красноармейском обмундировании. Нужно установить правило, чтобы каждый милиционер не понукал нашего командира, а, наоборот приветствовал бы его, — все это поднимет авторитет командира.

Мы имеем полную возможность к апрелю 1943 года подготовить, переподготовить и поднять положение нашего командира на необходимую нам высоту.

Вопрос укрепления нашей пехоты. Из всех родов войск наша пехота оказалась слабее, причем это было заметно накануне войны, с началом войны и особенно стало ясно теперь. Вооружена она у нас просто прекрасно. Значит, есть все условия, чтобы наша пехота была исключительно боеспособна. Повышение роли младшего и среднего командира повысит намного боеспособность пехоты. Но нужно привести в движение все рычаги внедрения дисциплины в пехоту — мы уже исчерпали весь арсенал внушения, теперь нужно действовать принуждением и действовать беспощадно. Безусловно, карать расстрелом за потерю своего личного оружия, также как мы поступаем с дезертирами и самострелами. Наличие и отсутствие оружия у бойца отмечать в красноармейской книжке с приложением печати, причем красноармейские книжки делать из добротной бумаги — в виде паспорта. Обязательно нужно на петлицах ставить номер полка, не боясь, что это облегчит разведку противнику. Зато это очень поможет в наведении порядка в тылу и на фронте. Ввести дисциплинарные взводы в дивизиях, куда направлять рядовой и младший комсостав, арестованный в дисциплинарном порядке на фронте. Эти взводы использовать на самых опасных работах: подноска огнеприпасов, установка заграждений, уборка убитых — и все это на передовых линиях и самых опасных участках (во французской армии в войну 1914—1918 года это было действенным средством). За ослушание в этом взводе командир взвода виновника направляет немедленно в штрафную роту и уже на три месяца.

Кроме всего, крайне необходимо повысить боевую подготовку запасных частей и давать пополнение, умеющее стрелять, метать гранату и твердо дисциплинированное. Не плохо будет, если каждая дивизия будет иметь свой собственный запасный батальон и черпать из него пополнение по мере надобности и готовности. Разумеется, что этот запасный батальон должен дислоцироваться в глубоком тылу, но иметь хоть изредка командованию дивизии с ним письменное общение, а периодами и командированием в него своих представителей. Значит, командир дивизии не будет ни на кого кивать за плохую подготовку пополнения, за то, что еще оттуда тянутся корни изменников родины, а сам будет это устранять.

Округам более добросовестно относиться к формированию и комплектованию новых или реорганизуемых дивизий, обязательно обеспечивая их полностью транспортными средствами, иначе они являются на фронт неманевроспособными и малобоеспособными. Лучше подбирать людей, а то много совсем непригодных к службе с явными физическими недостатками; слабосильных людей использовать в гужтранспортных батальонах и т. д., ибо в боевых частных они являются только балластом: в ночь с 19 на 20 октября в 226 сд из-за небольшого похолодания и дождя умерло в своих окопчиках 26 человек, хотя дивизия стояла в резерве.

Вопросы управления. Ощущается большой недостаток в корпусном управлении, оно небольшое по количеству людей и фактически выполняло функции теперешнего армейского управления, ибо без него армейское управление (в составе армии четыре—пять дивизий) измельчало (а девять—двенадцать дивизий очень трудно управляемы без корпусной системы). Сократить непомерно разбухшие армейские управления, ибо там много бездельников, а их можно переподготовить и направить в боевые части: например, зачем нужны в армиях целые автобронетанковые управления, метеорологические отделения, непомерно разбухшие артиллерийские штабы с рядом отделов непосредственно подчиненных зам. командарма по артиллерии. Ведь вторые эшелоны армейских управлений буквально лопаются от обилия начальствующих людей. Да и в стрелковой дивизии по штату 04/300-314 на 6933 бойцов предусмотрено 1033 человека начальствующего состава, с успехом можно сократить на одну треть.

Возможно реже передавать дивизии из одной армии в другую, а то ведь встречаются дивизии, побывавшие в 12—14 армиях. Это крайне затрудняет войска и начальников. Пока нет корпусов, необходимо стремиться к закреплению дивизий за армиями.

В отношении вооружения. Настоятельно необходимо иметь в пехоте 23 мм зенитную пушку, по своей скорострельности приближающуюся к пулемету, ибо крупнокалиберные пулеметы ДШК оказываются недостаточными, а 37 мм зенитная пушка при стрельбе по скоростным самолетам оказывается малоскорострельной.

50 мм миномет пехота не любит из-за его малой дальности и малой эффективности, своевременно прекратить дальнейшее их изготовление.

Необходимо дать термитный снаряд нашей противотанковой артиллерии. Снять с вооружения ампуломет, как малоэффективное средство.

В танковом вооружении — сделать танк неуязвимым для немецкого термитного снаряда как путем экранирования с огнестойкой прокладкой, так и путем усиления и, главное, повышения качества брони на наиболее ответственных местах танка. Крайне необходим бронетранспортер для пехоты.

Артиллерийские трактора-тягачи — закрыть броней мотор и кабину водителя.

Все типы специальных машин — главным образом радио — не должны отличаться по внешнему виду от обычного грузовика, чтобы их противник не мог отличить. Все автомашины иметь крытыми — хотя бы мешковиной, — чтобы противник не мог понять пустая ли машина, везет ли груз или людей. Цистерны на ж. д. покрыть каркасом, чтобы они не отличались от обычного товарного вагона, а автоцистерны — [от] открытого грузовика. Также необходимо над всеми резервуарами для горючего возвести каркасные постройки под здания.

Вопросы авиации — являются очень большими, о них сказать кратко трудно. Во всяком случае, противник имеет в авиации превосходство над нами, поэтому нам нужно для активных операций выбирать и район, и время года, невыгодные для массированного применения авиации противником. Всеми мерами стремиться к тому, чтобы иметь истребитель со скоростью до 750 километров в час, тогда не будет играть такой роли численное превосходство авиации, ибо оно компенсируется качеством. Все эти кабинетные расчеты, что на известных высотах наш Як превосходит Мессера неосновательны. Нам нужно скачком увеличить скорость истребителя, а не по десятку километров, и конструкторы должны решить этот вопрос положительно, чтобы к весне 1943 г. мы имели истребитель со скоростью 750 км в час. Также до зарезу нам необходим хороший дневной бомбардировщик — тоже очень скоростной. Но не нужно упускать из вида, что если мы будем иметь истребитель со скоростью в 750 км и наведем ужас на немецкого Мессера, то тогда и наш Ил-2 будет работать хорошо и тоже наводить ужас на наземные войска противника.

Для того чтобы командование наше «прозрело», необходимо иметь отличный самолет разведчик-корректировщик. В этом отношении мы имеем преподанный урок от немцев: их «Фокке-Вульф», или, как мы его окрестили, «Рама», ну, буквально не дает нам покоя. Она все обнаруживает, она вызывает на цель авиацию, артиллерию и даже соответствующую перегруппировку резервов противника.

От «Рамы» нужно избавиться и обзавестись самим хорошей «рамой», в противном случае подготовка всякой операции не будет скрыта от противника. Наконец, нужно заняться и вопросами оперативного обмана противника, обеспечивая себе оперативную внезапность операции.

Приложение: Схема к докладной записке на карте масштаба 1:2 500 000*.

ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ МАЛИНОВСКИЙ

Р.С. Затронутые в записке вопросы не отработаны в окончательном виде, а лишь поставлены.

МАЛИНОВСКИЙ

АП РФ. Ф. 3. Оп. 50. Д. 440. Л. 89—95. Рукопись. Л. 75—88. Машинописная копия.
__________________
* Схема в архив не поступила.

Вестник Архива Президента Российской Федерации. Война: 1941—1945. Выпуск 2. М., 2015.

* * * * *

Довольно неожиданно из документа вырисовывается роль Малиновского как одного из «отцов» несостоявшегося «Сатурна».

Схема предложения Малиновского:



Схема планируемой операции «Сатурн» (нередко ошибочно называемой «Большой Сатурн»):



По свидетельству генерала Штеменко первоначально (в конце сентября) на Ростов планировали наступать с плацдарма под Серафимовичами (Тацинская — Каменск — Ростов-на-Дону). Маршал Василевский пишет, что окончательно замысел «Сатурна» сложился в конце ноября, Ставка утвердила план операции 2 декабря. 13 декабря вышла директива Верховного Главнокомандующего об изменении направления ударов, но отдельно указывалось, что «прорыв произвести в тех же районах, в которых был он задуман по операции "Сатурн"».



Видно, что прорыв 6-й армии Воронежского фронта и 1-й гв. армии Юго-Западного фронта происходил именно с линии Новая Калитва — Казанская.

Помимо указания стартового места, Малиновский также попал в сроки проведения («операция должна начаться не позже середины декабря 1942 года») — 16 декабря. Хотя Василевский сожалел в мемуарах, что операцию не получилось начать 10-го числа. Тогда, по его мнению, можно было ожидать отказа немцев от «Зимней грозы»
Tags: ВОВ, Вестник АП РФ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 21 comments