Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Category:

«Опыт ПМВ», — говорили они. «Штурмовые группы», — говорили они.

Наступление пехоты в подвижной войне
(Критическое сравнение германского, французского и английского пехотных уставов)

Австрийской армии майор д-р Рендулич

До Великой войны сравнение уставов отдельных государств представляло мало интереса, так как везде при использовании имевшегося боевого опыта делались поразительно одинаковые выводы. Напротив, уставы, появившиеся после войны, имеют каждый свои особенности, рассмотрение которых представляет большой интерес именно в наше время, когда замечается энергичное стремление использовать весь опыт войны. Однообразие замечаемое до войны и разнообразие после нее, имеют своей причиной по всей вероятности то обстоятельство, что никогда еще не бывало подобной полноты опыта, как в мировую войну; кроме того, сама система ведения боя сильно усложнилась благодаря весьма развитой технике и поэтому создалась необходимость издавать наставления для ведения боя, регламентируя все часто до мельчайших подробностей. При этом, конечно, у составителей уставов армий явилось много путей для расхождений. Впрочем, как мы увидим впоследствии, разногласия иногда касаются и коренных вопросов.

Пехотный бой при наступлении есть комбинация огня и движения. Огонь должен облегчить последнее, и вообще сделать его возможным, движение же со своей стороны должно путем приближения к противнику создать благоприятные условия для огня и в конце концов дать решение. Поэтому, огонь и движение должны работать в постоянном контакте.

Для развития огневой силы пехоты служат легкие и тяжелые пулеметы, минометы, траншейные орудия, а на близких дистанциях и винтовка; для развития же силы удара, кроме самого движения, служит также оружие, предназначенное для рукопашного боя, каковым является: винтовка со штыком, ручная граната и револьвер.

К свойствам пехотного боя приноравливается вся организация пехоты, хотя здесь уже наблюдаются значительные разногласия во взглядах. Однако, во всех государствах самой мелкой (элементарной) единицей пехоты является группа(1) при чем предполагается, что последняя, несмотря на расчлененный характер современного боя, будет, по крайней мере в большинстве случаев, управляться начальником лично. Организация же самой группы различна. В Германии и Англии группы делятся соответственно характеру пехотного боя на: ударные, служащие для развития силы удара (7—8 чел., вооруженных винтовками и оружием для рукопашного боя) и огневые, предназначающиеся для развития силы огня (пулеметные группы с одним легким пулеметом). Во Франции, напротив, все группы совершенно одинакового состава; каждая группа имеет в себе, как элементы удара, так и элементы огня; для этого она состоит из двух звеньев — фузилерного (6 чел. с одним легким пулеметом) и вольтижерного (6 чел. — с винтовками и оружием для рукопашного боя) — всего с начальником 13 человек.
_________________
1. В Германии она называется «Gruppe», во Франции — «Groupe de Combat», в Англии «Scouade».


Организация французской группы имеет различные недостатки. Прежде всего она об’единяет вокруг пулемета гораздо большее число людей (13 чел.), чем германская или английская группа (7—8 чел.), следовательно увеличивает количество поражаемого элемента возле важной для противника цели. Стремление же растянуть и рассредоточить группу сейчас же вызовет затруднения в управлении ею одним лицом.

Французская организация имеет еще и другой, пожалуй, больший недостаток. Как известно, пулеметы должны облегчить продвижение вперед тем частям пехоты, которые не принимают участия в машинном огне, т. е. во Франции вольтижерным звеньям; при этом, конечно, выгоднее всего применение флангового пулеметного огня; следовательно, пулемет обычно выполняет свою задачу не для стрелков ближайшей к нему группы, но для группы, расположенной в стороне от него; таким образом, при французской организации успех его огня не идет на пользу вольтижерам, стоящим в непосредственной к нему близости.

Другие недостатки французской группы обнаружатся позднее, о чем будет речь ниже. И прав, пожалуй, один из германских генералов, называющий основные французские группы, больной клеткой французской организации.

По французскому и германскому уставам группа является наименьшей тактической единицей, в то время, как по английскому уставу она, пожалуй, наименьшая огневая, но отнюдь не наименьшая боевая единица. В Англии такой единицей является взвод. Английский взвод, как и германский, заключает в себе, как стрелковые, так и легкие пулеметные группы.

Отсюда можно видеть, что французская организация имеет ту выгодную сторону, что группа представляет собой вполне самостоятельную наименьшую боевую единицу — заключающую в себе оба элемента пехотного боя, чего нельзя сказать о германской и английской группах.

Наступлению обычно предшествует разведка. Уставные указания для пехотной разведки не слишком изменились по сравнению с предвоенной регламентацией их. Разведка ведется смешанными отрядами и патрулями; они должны много видеть, но по возможности и уклоняться от боя. Результаты подобной разведки, очевидно, лишь в редких случаях могут быть удовлетворительными. Каким образом, например, эта разведка сможет установить исключительно важный факт — принадлежат ли обнаруженные части неприятеля к составу его главных сил или это только передовые части его? Французский устав стремится дать по этому поводу указания; он говорит: «Соприкосновение с противником (prise de contact) является задачей не только разведывательного отряда, но также авангарда и вообще частей первой линии». Дальше: «Соприкосновением еще нельзя назвать обнаружение противника путем обмена выстрелами; для этого требуется много больше; необходимо стремиться точно определить позицию, род войск и силу находящегося перед собой неприятеля». Устав далее следующим образом определяет характер разведывательных действий частей первой линии. «Этот завязавшийся бой есть только разведывательная борьба, имеющая задачей прорыв первой зоны и проникновение как можно глубже в нее, дабы точно установить наружную фактическую линию опоры... По всему фронту будет происходить непрерывное просачивание маленьких групп... Наступит момент, когда дальнейшее просачивание станет невозможным, ибо неприятель везде окажет сопротивление, его огонь преградит дорогу, бороться же с ним собственными силами для частей авангарда окажется непосильным. К этому времени пехота главных сил, по всей вероятности, достигнет зоны действий своего авангарда... Близкое соприкосновение восстановлено...»

Авангард располагается на линии, которой ему удалось достигнуть, эта линия и будет служить исходным пунктом для предназначенных к бою частей.

Это указание является особенностью французского устава; мне кажется, что, благодаря исключительной важности вопроса о соприкосновении с противником, необходимо вообще глубже вникнуть в него. Английскому уставу также знакомо понятие «соприкосновение», однако, оно изложено слишком обще. Германский устав равным образом не приводит отчетливого определения по вопросу об установлении соприкосновения. Поэтому, мы должны признать, что часть войск, воспитанная на германском или английском уставе, в большей степени подвержена опасности стать жертвой обманчивых действий, выдвинутых вперед небольших частей неприятеля и не выполнить первых и важных боевых задач, возникающих в период соприкосновения.

* * * * *

В целом наступление делится на следующие фазы:

По германскому уставу.

Сближение. В этот период, действия производятся в следующей постепенности.

Развертывание больших соединений на дальних дистанциях (разумный подход от одного рубежа к другому).

Постепенное развертывание меньших частей.

Принятие боевого порядка передовыми частями.

Выполнение самого сближения до дистанции атаки (своевременное овладение исходной позицией для атаки, если противник приготовился к обороне).

Удар.

Прорыв.

Преследование.

По французскому уставу.

Сближение. Действия в этот период: развертывание в большом масштабе, — обычно ночью.

Выделение частей в авангард и передовую линию.

Соприкосновение с неприятелем при посредстве их.

Одновременно, продвижение следующих позади частей развивается от одного рубежа к другому (при этом — овладение исходной позицией для атаки против приготовившегося к обороне противника).

Атака и удар главными силами, достигнувшими линии передовых частей.

Борьба в неприятельской зоне, до овладения конечной целью наступления.

Использование успеха.

По английскому уставу.

Движение на поле боя.

Развертывание в сфере огня.

Соприкосновение при посредстве авангарда.

Собственно наступление — представляющее собой напор за авангардом, до проникновения в оборонительную организацию противника.

Использование успеха преследованием.

Развертывание обусловливается ожидаемым или последовавшим огнем противника. Оно имеет целью разделить высшее соединение на много мелких частей, чтобы создать более благоприятные условия для использования местности и тем ослабить огневое действие противника.

Германские уставы не устанавливают никакой схемы для группировки отдельных соединений в фазе развертывания, однако, они стремятся каждую большую часть разделить на самые мелкие, так что отдельные части образуют две, три линии. Протяжение по фронту также не устанавливается. На практике широту полосы наступления батальона принято определять от 400—800 метров. Однако установлено, что развернутый взвод имеет в первой линии от 1-й до 2-х легких пулеметных групп (Gruppe), что, впрочем, ясно по самой задаче легких пулеметов, как органов огневого боя. Определение интервалов и дистанций предоставляется начальникам. На практике встречаются всевозможные построения. Батальон в развернутом строю имеет: одну роту в первой, две роты — уступами за флангами первой — во второй линии (интервалы в дистанции 300—400 м) и пулеметная рота — в третьей линии (удаление от второй линии 200—300 м), или: две роты в первой линии (интервал 300—400 м), одна рота уступом за левым, или за правым флангом — во второй линии — пулеметная рота в промежутке между ротами первой линии — в третьей (дистанция 400—500 м). Каждая рота и взвод принимают подобную же группировку. Интервалы между взводами роты 200 м, дистанция между линиями 200—300 м. Интервалы между группами одного взвода 100 м — дистанция между линиями 100—200 м.

Французский устав регламентирует для батальона «ромбический» строй: одна рота, всегда подкрепленная взводом тяжелых пулеметов, в первой, две роты во второй и пулеметная рота в третьей линии; или же строй двойной колонны — две роты в первой, одна пехотная и одна пулеметная рота во второй линии, роты второй линии развернуты за ротами первой линии. Предельное растяжение по фронту 1000 м; глубина 1500 м. Подобный строй принят и для роты с растяжением по фронту до 300 м и глубиной от 100 до 300 м. Взвод имеет одну или две группы в первой, остальные во второй линии; в исключительных случаях все группы располагаются в первой линии или одна за другой; протяжение по фронту и в глубину до 150 м. Группа может иметь оба звена в колонне одно за другим или же они следуют на некотором расстоянии одно от другого. В последнем случае фузилерное звено, как правило, в голове. Развертывание группы и взвода выполняется по команде, развертывание высших единиц — по приказанию.

Английский устав дает однотипные построения для батальона, роты и взвода, именно: «ромбический строй» и соответствующий французской двойной колонне — «квадратный строй». Интервалы и дистанции между ротами достигают 400 ярдов (360 м), между взводами 200 ярдов (180 м), и между отделениями 100 ярдов (90 м).

Необходимые при этом передвижения от батальона и меньше производятся по команде или по знаку, отдача же распоряжений при развертывании решительно не рекомендуется на том основании, что начальник каждую минуту должен крепко держать в руках свою часть, чего лучше всего можно достигнуть отдачей всех распоряжений только командой.

Английский устав имеет далее только ему одному свойственное указание, что начальник может развертывать меньшие, подчиненные ему, соединения посредством подачи повторного знака. Например, командир батальона подает знак для принятия «квадратного строя», батальон разворачивается соответственно по фронту и в глубину; повторный знак командира батальона показывает, что роты также должны принять «квадратный строй. Однако подобные указания более свойственны учебному плацу, но не полю боя. Они связывают самостоятельность подчиненного, ибо момент развертывания своей части он сам должен определить, а не ждать приказа начальника.

* * * * *

Перейдем теперь к сравнению уставных норм для огневого боя. Все уставы согласны с тем, что если дальнейшее продвижение частей, вследствие огня противника, стало невозможным, необходимо для ослабления или подавления его создать так называемое «огневое нападение». На дальних дистанциях выполнение огневого нападения лежит на обязанности артиллерии; на средних к ней присоединяются тяжелые пулеметы, затем, легкие пулеметы, а на близких дистанциями стрелки. Дистанции указываемые различными уставами, как более благоприятные для огневой борьбы, ведущейся тем или иным видом оружия, — разумеется различны. В большой мере это, очевидно, зависит от баллистических свойств принятого в данной армии оружия. Дистанции для тяжелых пулеметов, при которых можно рассчитывать на хороший успех попадания по избранным целям, германским и французским уставом определяются в 3500 м, английским — 2000 ярдов (1800 м); благоприятные дистанции для легких пулеметов по германскому уставу 800 м, по французскому — 600 м. Английский устав говорит лишь, что огонь легких пулеметов дальше 1200 м только в исключительном случае обещает успех. Открытие огня стрелками, которое должно последовать возможно позже, имеет место по германскому уставу не дальше 800 м (благоприятная дистанция 400 м и меньше), по французскому не дальше 600 м и по английскому 450 м.

Открытию огня предшествует рассыпание стрелковых частей, т. е. принятие боевого строя. Также относительно этого уставы дают указания, несколько разнящиеся одно от другого.

Боевые строи группы по германскому уставу состоят из: стрелковой цепи (интервал между стрелками 5 шагов); стрелковых рядов или змеек (стрелки на дистанции 5 шагов один позади другого) и стрелковых групп (стрелки располагаются неравномерно по фронту и вглубь). Последний строй явно не регламентирован, однако устав говорит, что в бою он определится сам собой. [Схемы ниже взяты из другого источника]





Французскому уставу знакомы строи аналогичные германской стрелковой цепи и стрелковым рядам, только интервалы и дистанции определяются каждый раз командиром группы (или командиром взвода) самостоятельно. Однако, устав говорит еще о стрелковых цепях в два ряда, причем звенья (полуотделения) рассыпаются в 20 шагах одно за другим. Однако, этот строй вряд ли удовлетворителен, ибо он приводит к скоплению на узком пространстве, что часто служит причиной лишних потерь.

Английский устав дает также формы строя в виде стрелковых цепей и стрелковых рядов, и, кроме того, еще так называемую «клиновую форму» строя.

Этого строя, равным образом, может придерживаться и стрелковая цепь. Как выгодные его стороны, можно привести то, что группа крепче остается в руках начальника, она более подвижна, и легче найдет укрытие. В остальном английский устав посвящает группе меньше внимания, чем германский или французский устав, ибо, как было указано выше, наименьшей тактической единицей он рассматривает взвод, но не группу.

Принятие группой различных построений, по всем уставам, выполняется по команде или по знаку командира.

Взвод повсюду при наступлении принято делить на две или три линии. Германский устав не дает схемы построения и не указывает интервалов и дистанций. Легкие пулеметы во всяком случае находятся в первой линии.

Французский устав справедливо обращает внимание на исключительную важность силы огня с самого начала боя, поэтому он требует, чтобы взвод при наступлении имел или все три группы в первой линии, или минимум две, тогда третья располагается сзади промежутка между передними грушами, таким образом, чтобы иметь возможность участвовать в огневом бою. При этом удаление ее от передовых групп не может быть больше, чем интервал между ними. Лишь в том случае, если эта группа предназначается исключительно как резерв, она может быть расположена глубже. Растяжка взвода по фронту и в глубину более, чем на 150 м, не рекомендуется, чтобы не затруднять командиру управление взводом.

Английский устав, как боевые строи взвода, признает уже известные нам «квадратный» и «ромбический» порядок. Интервалы и дистанции до 100 ярдов. Далее, устав предназначает квадратный строй преимущественно для взвода, ведущего бой в невыясненной обстановке и ромбический строй для взводов, ведущих бой при обстановке более или менее ясной, а также и для взводов задних линий. Важно, что в первом случае легкие пулеметные группы всегда помещены во второй линии (в схематическом примере устава), однако точного указания относительно распределения не приводится.

Рота по германскому уставу, как правило, образует две линии — передовые взводы и резервные: В зависимости от построений взводов, что, однако, зависит от взводного командира, рота всего может иметь от четырех до шести линий в глубину. Удаление резерва от передовой линии не указывается, равно как и протяжение по фронту. Ротам при наступлении даются или боевые полосы или направление (средняя линия); однако для лучшего использования местности, допускаются временные отступления от этих указаний.

Как правило, роте первой линии придается всегда один взвод тяжелых пулеметов, который располагается таким образом, чтобы иметь возможность стрелять или через головы или в промежутки. Ротам, ведущим бой на важных участках, подчиняют также отдельные минометы или траншейные орудия, особенно при последующем развитии боя.

Французский устав также уклоняется определить среднее протяжение фронта роты; он говорит об этой лишь вскользь, когда указывает, что при интервале в 150 м между двумя легкими пулеметами можно ожидать достаточного огневого действия. Далее, устав определяет, что 3 взвода легких пулеметов на фронте от 200 до 300 м, могут развить довольно значительную огневую силу. Наименьшей резервной единицей считается взвод. Устав указывает, что глубина расположения роты по мере сближения с противником должна сокращаться, дабы обеспечить быстрый подвод резерва. Относительно расположения приданной роте взвода тяжелых пулеметов устав никаких указаний не дает. В интересах лучшего использования местности, устав требует указывать направление и цели наступления, лежащие одна за другой.

По английскому уставу рота при наступлении имеет два взвода в первой линии и два во второй; лишь при большой ширине участка, рота разворачивает в первой линии три взвода; в случае же невыясненной обстановки — один. Нормальное протяжение по фронту равно 400 ярдов (360 м), что следует считать чрезмерным. Удаление передовых частей резерва от задних частей первой линии составляет 100—200 ярдов (90—180 м), что соответствует общей глубине роты от 300 до 400 м.

Батальон по германскому уставу является, единицей, в которой об’единяется действие легкого пехотного оружия (главное — легкие пулеметы и винтовки) и тяжелого (тяжелые пулеметы, минометы, траншейные орудия). Батальон расчленяется в глубину на две или больше линий, в зависимости от задачи и местности. Протяжение по фронту 400—800 м; глубина не устанавливается. По уставному правилу, батальонная пулеметная рота выделяет отдельные взводы в распоряжение передовых рот или заранее маневрирует ими во время наступления в зависимости от созревания обстановки. Оставшиеся взводы составляют солидное средство в руках батальонного командира для усиления огня, равно как и для развития боя по заранее задуманному плану. В так называемом сопроводительном пулеметном взводе (4-й взвод пулеметной роты на шести запряженных пулеметных двуколках) батальонный командир имеет удобный и очень подвижный (двигается различными аллюрами) огневой резерв. Далее, батальонный командир располагает еще минометами и траншейными орудиями, которые хотя органически и не входят в состав батальона, но всякий раз придаются от полка. В качестве траншейных орудий в Германии применяются полевые и горные орудия. Устав ставит определенное требование командиру батальона: «Комбинировать огневое действие различных видов оружия соответственно боевым задачам и при изменившейся обстановке переносить и распределять огонь заново». Батальонный резерв направляется на обнаруженные слабые места или фланги противника или же следует за особенно успешно продвигающимися ротами.

Указания французского устава в отношении батальона вполне солидаризуются с основными положениями германского устава. Однако, как правило, устанавливается, что в передовую линию назначается две роты. Среднее протяжение по фронту указывается 300—400 м, в исключительном случае оно может достигать 800 м. Удаление батальонного резерва 200—400 м. В качестве тяжелого оружия батальону, кроме тяжелых пулеметов, придается еще сопроводительный взвод артиллерии из одной мортиры Stokes и одной 37 мм пушки, причем последняя вряд ли обладает достаточным огневым действием, в то время как мортира Srokes — хорошее оружие.

Английский устав также устанавливает, что батальон в составе 4-х пехотных и одной пулеметной роты, обычно имеет две роты в передовой линии. Из двух остальных пехотных рот, — одна располагается во второй линии, как «поддержка» (support), и одна в третьей, как резерв. Различие в задачах этих двух рот заключается в том, что поддержка служит прежде всего средством помощи для наступающих рот, а резерв является важным средством в руках командира батальона, для развития боя по задуманному плану. Среднее протяжение батальона по фронту 800 ярдов (700 м), удаление роты поддержки от передовой линии 400 ярдов (360 м), а резервной роты 800 ярдов (700 м). Батальонный командир находится при роте поддержки. Относительно тяжелого оружия, английский устав дает иные указания, нежели германский или французский уставы. Батальонный командир обычно не распоряжается тяжелым оружием. У англичан господствует стремление все пулеметные части в батальонах бригады (английская бригада соответствует германскому или французскому пехотному полку, так как она имеет только 4 батальона) об’единять под командой выбранного пулеметного офицера. Только в том случае, если местность имеет ограниченный обзор, или же если бригада занимает слишком растянутый фронт, что затрудняет управление пулеметным огнем, пулеметные части распределяются по батальонам. В некоторых случаях устав допускает компромисс: в этих случаях пулеметные части батальонов передовых линий подчиняются непосредственно им, пулеметы же резервных батальонов об’единяются под одним общим командованием. Точные указания для действия тяжелых пулеметов первой линии не предусмотрены. В общем же, английский устав, как никакой другой, стремится соединить пулеметы для массового огня. Однако, это вряд ли может быть признано полезным. Слишком строгая централизация управления тяжелыми пулеметными единицами не позволяет быстро удовлетворять изменчивым требованиям пехотного боя и в конце концов неизбежно создает большие затруднения в совместной работе пехоты и тяжелых пулеметов, что наблюдается, например, в работе между пехотой и артиллерией. При этом нужно подчеркнуть, что во многих случаях содействие огня тяжелых пулеметов для пехоты будет во много раз необходимее, чем содействие огня артиллерии. В силу этих причин, как и потому, что сведение пулеметных единиц различных батальонов в одно соединение вообще представляет собой импровизацию, мы не считаем возможным одобрить взгляд английского устава. В качестве траншейного орудия в Англии применяется 9 см горная гаубица, однако эти орудия не придаются батальону, но всегда остаются в составе артиллерии; даже при действии они подчинены артиллерийскому начальнику. Эти гаубицы мало пригодны для борьбы против танков.

* * * * *

Что касается первой фазы наступления — сближения с противником, то уставы трех разбираемых армий в общем не представляют существенных отклонений друг от друга. Лишь в дальнейших фазах наступления (атака, удар, прорыв и преследование) мы опять наталкиваемся на значительные расхождения.

По германскому уставу пехота (если наступление не ведется против заранее укрепленной позиции противника) подымается с ближних дистанций и после метания ручных гранат бросается в атаку. При движении, приблизительно с 200 м и до цели атаки, пехота не должна больше нуждаться в покровительственном огне своей артиллерии по передовым элементам неприятеля, ибо они только что перенесли массовый подготовительный огонь, и она будет предоставлена собственным силам. Дальнейшее продвижение пехоты с этих ближайших дистанций будет заключаться в наступлении отдельных групп под защитительным огнем легких и тяжелых пулеметов. Здесь мы имеем дело с настоящим пехотным боем между передовыми элементами обоих сторон, ибо, как мы сказали, огонь артиллерии по передовым частям противника в это время исключен.

В то время как германский устав разрабатывает до мельчайших подробностей ведение боя на ближних дистанциях и выполнение самой атаки, французский устав рассматривает эту фазу боя лишь в самых общих чертах. По французскому уставу атака заключается в непосредственном сосредоточении подготовительного огня артиллерии по передовой неприятельской линии, поэтому она может начаться уже сравнительно с дальних дистанций. Переход пехоты в атаку должен последовать бегом, почему дистанция атаки не должна быть большой, но с другой стороны она не должна быть малой, чтобы не помещать артиллерии в ее подготовительном огне.

Из этих основных положений видно, что французский устав, считая возможным начать атаку еще до прекращения артиллерийского подготовительного огня, дает для нее слишком большие дистанции. В то же время он не обращает должного внимания на возможность развития из глубины неприятельской боевой зоны пулеметного огня. Стремление французов всю подготовку возложить на артиллерию указывает, что французский устав перенял для этой фазы боя те основные положения, которые дал опыт позиционной войны. В подвижной войне, при неизбежной ограниченности артиллерии и ее боевых запасов, французский метод несомненно приведет к тяжелым разочарованиям.

Английский устав дает приблизительно те же указания для атаки, как и германский. В общем он рассматривает бой на ближних дистанциях, как комбинацию огня и движения, хотя при этом приводит лишь самые общие указания. Так как приготовившийся к обороне противник, даже и при подвижной войне, будет иметь несколько расположенных в глубину боевых зон, то перед наступлением тотчас после удара возникает другая, сложная задача — пройти все зоны, дабы достигнуть прорыва.

По германскому и французскому уставам эта борьба в неприятельской зоне, ведущаяся с полным напряжением сил и энергии — состоит в преодолении целей наступления, лежащих одна за другой. Уцелевшие гнезда неприятельского сопротивления оставляются первой линией без внимания; она продвигается вперед, предоставляя заботу по очищению этих гнезд от непрнятеля второй или третьей линии.

Английский устав принимает противоположную точку зрения, он требует, чтобы передовые части, тотчас после удара сами ликвидировали удерживающиеся еще части противника, ибо для общего успеха наступления, присутствие в тылу гнезд неприятельского сопротивления считается слишком опасным. Однако, устав не допускает возможной задержки наступления благодаря деятельности по очищению; если же при этом передовые части задержатся, то резервные части должны продвигаться вперед через них. Позже передовые части, закончив очищение, наступают вперед, как резервы.

Понятно, почему германский и французский уставы отказываются от этого приема: он слишком сложен и именно в критический момент после удара может оказаться несостоятельным. Несомненно, что получится задержка в наступлении, даже если резервы будут фактически находиться под рукой и будут точно действовать по плану. Кроме того, большая опасность заключается еще и в том, что и резервы могут втянуться в борьбу с удерживающимися частями противника и залечь перед ними. Затем, передовые части, в часто излишней борьбе, израсходуются, тогда как гнезда неприятельского сопротивления, по имеющемуся опыту, в большинстве случаев падают без боя только при продвижении передовой линии. Поэтому, если имеется возможность дальнейшего продвижения передовой линии, то этот добытый моральный перевес нужно ни в коем случае не упускать. Он лучше всего подействует на оставшиеся позади изолированные части противника.

Во всяком случае, упомянутое указание английского устава, в высшей степени вредит энергии ведения боя.

Различия подобного характера имеются также в уставных указаниях относительно фаз преследования и использования успеха, после выполнения прорыва.

Германский устав требует, тотчас по обнаружении отхода противника, сильного напора — дабы не дать ему возможности восстановить положение.

Французский устав требует того же, но еще в большей степени, так что рекомендуемые им действия граничат с неосторожностью и риском для преследующих частей. Например, устав, с целью напречь энергию войск, выразительно указывает на то, что встреченное преследующим сопротивление может исходить только от слабой неприятельской дозорной завесы, представляющей собой выдвинутые группы от передовых частей второй оборонительной зоны или же арьергарды. Поэтому, устав требует, чтобы осторожность отошла на второй план перед быстротой движения.

Английский устав, напротив, рекомендует преследующим частям достойную внимания осторожность. Он указывает, что после прохождения неприятельской зоны сопротивления (следовательно, достижения последней цели наступления), первой заботой пехоты должно быть укрепление и обеспечение за собой захваченного пространства. Использование успеха падает на задние батальоны, если же таких не имеется в распоряжении, равно как и танков или кавалерии, то преследование отступающего противника ведется резервами передовых батальонов. Это указание, очевидно, принимает во внимание истощение передовых частей, с которым действительно следует считаться в этот период боя.

Из вышеизложенного ясно, что в различных армиях в важных и менее важных вопросах ведения боя, господствуют разнообразные взгляды. Во всех государствах усердно стремятся использовать весь опыт войны, с целью отыскать правильные решения, о чем свидетельствует богатая литература последнего времени. Критическое сопоставление расхождения во взглядах, по нашему мнению, является лучшим средством для выяснения различных вопросов. Предложенный краткий очерк преследовал именно эту цель. При случае нами будут рассмотрены таким же образом оборона при подвижной войне и встречный бой.

Война и мир. 1924. № 17.
Tags: 1918-1941, Военная теория, Война и Мир, журналы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 13 comments