Самоокапывание и разминирование — важные элементы боевой подготовки
Майор А. ЯЦЕЛЕНКО
О некоторых вопросах саперной подготовки пехоты
(Заметки общевойскового командира)
Опыт второй мировой войны подтвердил, что инженерные заграждения в сочетании с хорошо организованной системой огня являются серьезным препятствием для наступающего, способным не только задержать его продвижение, но и принести ему значительные потери, а следовательно, снизить его ударную силу и наступательный порыв.
Только хорошо подготовленные в инженерном отношении войска способны быстро и с минимальными потерями устранить или преодолеть препятствия противника, сохраняя начальную наступательную силу.
При подготовке прорыва обороны противника инженерным обеспечением наступающих войск в основном занимаются инженерно-саперные подразделения, которые действуют в роли исполнителей или инструкторов. Однако с прорывом первой позиции; особенно с развитием боя в глубине обороны противника, саперные подразделения не смогут обеспечить в инженерном отношении стрелковые войска. К тому же значительный рост бронетанковых и механизированных войск потребовал для обеспечения их действий привлечения основной части инженерных войск. С развитием наступательного боя большинство инженерно-саперных подразделений привлекается для сопровождения этих родов войск, а также для восстановления разрушенных и строительства новых дорог и мостов.
Стрелковым войскам, которые способны наступать на любой местности и в любых условиях, приходится самим прокладывать путь через инженерные заграждения противника не только для себя, но и для сопровождающих средств.
Успех, наступательного боя во многом зависит от того, насколько быстро стрелковые войска сумеют обеспечить себя и сопровождающие их танки и артиллерию проходами в заграждениях. А это приводит к следующему выводу — пехотинец, отлично знающий и владеющий своим оружием, умеющий вести ближний бой, должен хорошо знать и саперное дело.
Речь идет не о полном превращении стрелка в сапера, не о так называемом полном «осаперивании» пехоты, а об обучении стрелка саперному делу в таком объеме, в каком это требуется в боевых условиях. Необходимо, чтобы стрелковые войска в наступлении могли самостоятельно проложить себе и сопровождающим их средствам путь во всех препятствиях противника, а при переходе к обороне — быстро привести занимаемый рубеж в оборонительное состояние.
Обучать стрелковые войска саперному делу следует исходя из требований решаемых ими задач. Саперная подготовка не должна обременять пехоту и осложнять ее действия, а, наоборот, должна повышать ее подвижность в наступлении и устойчивость в обороне. Например, нет никакой надобности тратить дорогое учебное время и обучать пехоту строительству капитальных мостов или железобетонных сооружений. Для выполнения этих работ пехота может быть привлечена лишь как вспомогательная рабочая сила, но пехота должна в совершенстве уметь преодолевать водные, преграды на подручных средствах.
Солдата необходимо научить переправляться на любых имеющихся в его распоряжении средствах (на бревнах, досках и т. п.), а также самостоятельно изготовлять из подручных материалов плотики, устанавливать и переправлять на них тяжелые огневые средства (пулеметы, ПТР, минометы, орудия).
Отводимые программой часы на саперную подготовку стрелковых войск достаточны лишь для теоретического ознакомления с основными элементами саперного дела и для показных тренировок. Свою саперную подготовку в дальнейшем войска должны совершенствовать путем повседневных тренировок на тактических учениях.
Увязывая саперную подготовку с тактической, мы придаем ей тактическую целеустремленность. В процессе учений следует преподать те элементы саперного дела, которые в данной конкретной обстановке или виде боя потребуются.
Только в комплексе с тактической подготовкой можно добиться требуемых результатов в обучении пехоты саперному делу.
Проверяя одно из подразделений, я спросил командира: «Почему бойцы медленно окапываются?»
«Видите ли, это дело полкового инженера. Мы пехотинцы, и наше дело — общевойсковое», — не задумываясь ответил он мне.
Такие взгляды на саперную подготовку пехоты, кроме вреда, ничего не принесут.
Перейдем к отдельным элементам саперной подготовки.
Самоокапывание и маскировка
Опыт боев Советской Армии учит, что чем быстрее и глубже стрелковые войска зароются в землю, тем устойчивее и дольше сохранят они свою живучесть и боеспособность.
Изучение боев, в которых мне приходилось участвовать, приводит к выводу, что в среднем потери пехоты от 10-минутного массированного огневого удара артиллерии и минометов противника, в зависимости от степени укрытия ее, при относительно равных условиях составляют:
В боевой практике имеются случаи, когда небрежное отношение к самоокапыванию в бою приводило к излишним потерям, а иногда к невыполнению боевых задач.
В январе 1945 г. одно соединение перешло в наступление с задачей прорвать оборону немцев в районе г. Пилькаллен (Восточная Пруссия). Ценою больших усилий к исходу дня соединение своим левым флангом сильно вклинилось в оборону противника.
Батальон капитана Шифер в составе трех стрелковых и одной пулеметyой роты вырвался дальше других и вышел к опорному пункту, прикрывавшему узел грунтовых дорог. Противник оказал сильной огневое сопротивление. Атака с хода успеха не имела.
Командир батальона приказал ротам закрепиться, привести себя в порядок и подготовиться к повторной атаке опорного пункта.
Через 45 минут немцы открыли по батальону сильный сосредоточенный огонь из шестиствольных минометов и артиллерийских орудий.
В ходе боя 3-я рота, хорошо натренированная в самоокапывании, сумела за 45 минут укрыться в стрелковых ячейках полного профиля и потерь почти не имела; 2-я рота отрыла стрелковые ячейки неполного профиля и имела некоторые потери; но 1-я рота, командир которой решил отрыть лишь стрелковые и пулеметные ячейки для стрельбы лежа, а оставшееся до атаки время использовать для отдыха, имела значительные потери, и атака батальона задержалась.
Этот пример ярко показывает, к чему может привести пренебрежение к самоокапыванию на поле боя, и еще раз подтверждает, что в полевых условиях надежным прикрытием от огня артиллерии, минометов, авиации и танков является лишь окоп и траншея полной глубины.
Ячейка для стрельбы лежа может служить лишь временным укрытием от ружейно-пулеметного огня. Сводить все обучение лишь к тренировке в отрывке стрелковых ячеек для стрельбы лежа и даже с колена, проявлять излишнюю и вредную «жалость» к обучаемому, допуская в учебе условности и упрощенность, — значит давать ему неправильные понятия о требованиях к самоокапыванию,
Понятно, что обучение самоокапыванию должно начинаться с отрывки стрелковой ячейки для стрельбы лежа, с колена, но обучаемый должен понять, что ячейка для стрельбы лежа отрывается лишь при недостатке времени и что надежным укрытием в полевых условиях может быть только окоп полного профиля.
Серьезное значение в современной войне приобретает умение бойца совершенствовать свой окоп в боевом и хозяйственном отношении. Пехотинец должен уметь устроить бойницу, нишу для боеприпасов, правильно расчистить сектор обстрела, построить блиндаж, отхожее место, перекрыть и хорошо замаскировать свой окоп.
Стрелковые войска должны отрабатывать и совершенствовать свои знания по самоокапыванию во время полевых выходов частей и подразделений.
В этом отношении поучительны занятия, проведенные командиром батальона майором Базыревым.
Планируя трехдневный выход в поле, командир батальона решил провести тактические учения, на которых отрабатывалась тема «Марш и встречный бой усиленного стрелкового батальона».
В районе учений занятия были организованы следующим образом: 1-я и 2-я роты действовали как свои войска (занятиями их руководил сам командир батальона), 3-я стрелковая рота обозначала противника (занятиями руководил заместитель командира батальона).
В течение двух суток стрелковые роты с подразделениями усиления работали по оборудованию своих районов и позиций под огнем «противника».
К исходу вторых суток все роты получили приказание подготовить занимаемый рубеж как исходный для атаки и быть готовыми с утра начать атаку. В течение ночи роты устроили выходы из траншеи, отрыли ходы сообщения в сторону «противника» и проделали проходы в заграждениях.
С утра 1-я и 2-я стрелковые роты начали атаку, упредив роты «противника». Но в глубине обороны они встретили сильное сопротивление. Ротам было приказано закрепиться на достигнутом рубеже, привести себя в порядок, подтянуть огневые средства и подготовиться к новой атаке. Роты снова приступили к самоокапыванию.
До ввода батальона в «бой» его командир провел еще два-три таких выхода в этот же район, каждый раз дополняя и усложняя обстановку.
В это же время велись работы по дооборудованию района учений в боевом и хозяйственном отношении.
Так было создано прекрасное учебное поле, причем личный состав батальона не только отработал запланированные темы по тактике, но научился технически грамотно, быстро и последовательно окапываться, а в процессе решения тактических задач — совершенствовать свои окопы в боевом и хозяйственном отношении.
Боевые действия показывают, что пехоте, как правило, приходится окапываться в непосредственной близости от противника, под воздействием его огневых средств. Это требует большого напряжения физических и моральных сил бойца.
Научить войска быстро, с наименьшей затратой сил, окапываться в сложной боевой обстановке — задача, над которой должны работать все командиры.
Наряду с этим стрелковые войска необходимо учить хорошо маскироваться от наземного и воздушного наблюдения. В ходе боя войскам почти не приходится пользоваться табельными маскировочными средствами. Маской для пехотинца должно служить любое подручное средство (кусты, трава, ветки, солома). Отрыв ячейку, солдат, должен тщательно замаскироваться под общий фон местности.
Малейшее пренебрежение к маскировке и самоокапыванию в период учебы, допущение условностей при отработке этих вопросов чревато тяжелыми последствиями.
Минирование и разминирование
На поле боя наступающей пехоте приходится встречать и преодолевать главным образом взрывные препятствия.
Разминировать или подорвать минное поле может только достаточно подготовленный и натренированный боец, хладнокровный, смелый, сообразительный и находчивый.
Необходимость инженерного сопровождения стрелковых, войск на всю глубину боя потребовала в ходе войны обучения некоторой части стрелковых подразделений саперному делу, в первую очередь — разминированию и минированию. Сжатые сроки обучения не позволяли в ходе войны учить всю пехоту этому делу. Поэтому, как правило, обучали лишь одно-два стрелковых отделения на роту.
В период подготовки операции по ликвидации немецких войск на Земландском полуострове в каждой стрелковой роте саперному делу обучалось одно стрелковое отделение. На него возлагалась задача: действуя в боевых порядках, обеспечивать роту проходами в минных полях и проволочных заграждениях противника, а при переходе к временной обороне — устанавливать заграждения. Часто эти отделения действовали как саперы в составе штурмовых групп.
Такая организация саперной подготовки пехоты в ходе войны вполне себя оправдала.
Обучение минно-подрывному делу является одним из самых трудных вопросов саперной подготовки войск.
Качество подготовки войск инженерному делу зависит не только от наличия оборудованного учебного инженерного городка, но прежде всего — от хорошего обеспечения практических занятий учебными противотанковыми и противопехотными минами.
В этом залог правильного и успешного обучения. Занятия по минно-взрывному делу не терпят условностей. Обучение преодолению препятствий на условно обозначенных минных полях или на так называемых «мертвых» пассивных минах приносит лишь вред обучаемым. На самом деле, какую пользу может принести обучение на минном поле, обозначенном чурками или дернинами?
Это даст ложное представление о настоящем минном поле и у обучаемых не выработаются все качества, нужные при установке боевых мин или разграждении. Не может принести пользы и имитация минных заграждений управляемыми фугасами.
Чтобы полно и правильно обучить пехотинца минированию и разминированию, необходимо прежде всего иметь учебные мины.
Для проделывания проходов в взрывных заграждениях войска могут с успехом применить ручные и даже противотанковые гранаты. Показательными в этом отношении являются занятия, проведенные в одной из частей.
Для занятия было создано учебное минное поле с применением активно действующих «мин».
Вначале наступающая рота преодолела «минное поле» без предварительного «разминирования». «Потери» роты составили 25% ее личного состава. Во второй раз проходы в «минном поле» были проделаны с помощью ручных гранат. В этом случае рота «потеряла» лишь 2,5% своего состава.
В третий раз для проделывания проходов были использованы противотанковые гранаты. Это снизило «потери» по сравнению со вторым разом втрое.
Эти примеры подтверждают эффективность ручных и особенно, противотанковых гранат в борьбе с взрывными препятствиями противника. Вполне понятно, что применение гранат в каждом отдельном случае будет определяться обстановкой и другими условиями. Они могут быть применены для проделывания проходов в том случае, если это не нарушит элемента внезапности и скрытности действий наших войск (при бое в глубине обороны противника), когда ввиду ограниченности времени исключена возможность применения других способов и средств.
Все эти примеры мы приводим для того, чтобы показать, что солдат должен уметь преодолевать или уничтожать препятствия противника, особенно взрывные, любыми средствами и способами, в первую очередь теми, которые для него являются более сподручными в данной обстановке.
Организуя обучение минированию и разминированию, командир должен всегда учитывать воздействие вражеского огня.
Как правило, все инженерные и особенно взрывные препятствия противника хорошо увязываются с системой огня всех огневых средств. Поэтому пехота должна быстро и по возможности безостановочно преодолевать полосу препятствий противника. Малейшая задержка у заграждений только увеличивает потери.
Командир обязан для проделывания проходов в препятствиях выделить лишь часть обученной пехоты, а основными силами продолжать выполнять основную задачу.
Организованно преодолеть препятствие можно лишь тогда, когда оно не явится неожиданным для командиров и войск, а для этого требуется умение в ходе боя постоянно вести инженерную разведку.
* * *
За годы войны Советская Армия накопила богатый опыт саперной подготовки войск. Такие работы, как подготовка переправочных средств из подручных материалов или прокладка колонного пути выполнялись войсками самостоятельно. Теперь задача состоит в том, чтобы, используя опыт войны, правильно учить саперному делу не только стрелковые, но и все другие рода войск. Инженерная подготовка войск должна стать неотрывной частью их общей тактической подготовки.
Военно-инженерный журнал. 1947. № 4.
О некоторых вопросах саперной подготовки пехоты
(Заметки общевойскового командира)
Опыт второй мировой войны подтвердил, что инженерные заграждения в сочетании с хорошо организованной системой огня являются серьезным препятствием для наступающего, способным не только задержать его продвижение, но и принести ему значительные потери, а следовательно, снизить его ударную силу и наступательный порыв.
Только хорошо подготовленные в инженерном отношении войска способны быстро и с минимальными потерями устранить или преодолеть препятствия противника, сохраняя начальную наступательную силу.
При подготовке прорыва обороны противника инженерным обеспечением наступающих войск в основном занимаются инженерно-саперные подразделения, которые действуют в роли исполнителей или инструкторов. Однако с прорывом первой позиции; особенно с развитием боя в глубине обороны противника, саперные подразделения не смогут обеспечить в инженерном отношении стрелковые войска. К тому же значительный рост бронетанковых и механизированных войск потребовал для обеспечения их действий привлечения основной части инженерных войск. С развитием наступательного боя большинство инженерно-саперных подразделений привлекается для сопровождения этих родов войск, а также для восстановления разрушенных и строительства новых дорог и мостов.
Стрелковым войскам, которые способны наступать на любой местности и в любых условиях, приходится самим прокладывать путь через инженерные заграждения противника не только для себя, но и для сопровождающих средств.
Успех, наступательного боя во многом зависит от того, насколько быстро стрелковые войска сумеют обеспечить себя и сопровождающие их танки и артиллерию проходами в заграждениях. А это приводит к следующему выводу — пехотинец, отлично знающий и владеющий своим оружием, умеющий вести ближний бой, должен хорошо знать и саперное дело.
Речь идет не о полном превращении стрелка в сапера, не о так называемом полном «осаперивании» пехоты, а об обучении стрелка саперному делу в таком объеме, в каком это требуется в боевых условиях. Необходимо, чтобы стрелковые войска в наступлении могли самостоятельно проложить себе и сопровождающим их средствам путь во всех препятствиях противника, а при переходе к обороне — быстро привести занимаемый рубеж в оборонительное состояние.
Обучать стрелковые войска саперному делу следует исходя из требований решаемых ими задач. Саперная подготовка не должна обременять пехоту и осложнять ее действия, а, наоборот, должна повышать ее подвижность в наступлении и устойчивость в обороне. Например, нет никакой надобности тратить дорогое учебное время и обучать пехоту строительству капитальных мостов или железобетонных сооружений. Для выполнения этих работ пехота может быть привлечена лишь как вспомогательная рабочая сила, но пехота должна в совершенстве уметь преодолевать водные, преграды на подручных средствах.
Солдата необходимо научить переправляться на любых имеющихся в его распоряжении средствах (на бревнах, досках и т. п.), а также самостоятельно изготовлять из подручных материалов плотики, устанавливать и переправлять на них тяжелые огневые средства (пулеметы, ПТР, минометы, орудия).
Отводимые программой часы на саперную подготовку стрелковых войск достаточны лишь для теоретического ознакомления с основными элементами саперного дела и для показных тренировок. Свою саперную подготовку в дальнейшем войска должны совершенствовать путем повседневных тренировок на тактических учениях.
Увязывая саперную подготовку с тактической, мы придаем ей тактическую целеустремленность. В процессе учений следует преподать те элементы саперного дела, которые в данной конкретной обстановке или виде боя потребуются.
Только в комплексе с тактической подготовкой можно добиться требуемых результатов в обучении пехоты саперному делу.
Проверяя одно из подразделений, я спросил командира: «Почему бойцы медленно окапываются?»
«Видите ли, это дело полкового инженера. Мы пехотинцы, и наше дело — общевойсковое», — не задумываясь ответил он мне.
Такие взгляды на саперную подготовку пехоты, кроме вреда, ничего не принесут.
Перейдем к отдельным элементам саперной подготовки.
Самоокапывание и маскировка
Опыт боев Советской Армии учит, что чем быстрее и глубже стрелковые войска зароются в землю, тем устойчивее и дольше сохранят они свою живучесть и боеспособность.
Изучение боев, в которых мне приходилось участвовать, приводит к выводу, что в среднем потери пехоты от 10-минутного массированного огневого удара артиллерии и минометов противника, в зависимости от степени укрытия ее, при относительно равных условиях составляют:
в окопах и траншеях полного профиля 3—5% в стрелковых ячейках для стрельбы с колена до 23% в стрелковых ячейках для стрельбы лежа до 40%Из этих данных видно, что лишь окоп и траншея полного профиля являются надежным укрытием на современном поле боя.
В боевой практике имеются случаи, когда небрежное отношение к самоокапыванию в бою приводило к излишним потерям, а иногда к невыполнению боевых задач.
В январе 1945 г. одно соединение перешло в наступление с задачей прорвать оборону немцев в районе г. Пилькаллен (Восточная Пруссия). Ценою больших усилий к исходу дня соединение своим левым флангом сильно вклинилось в оборону противника.
Батальон капитана Шифер в составе трех стрелковых и одной пулеметyой роты вырвался дальше других и вышел к опорному пункту, прикрывавшему узел грунтовых дорог. Противник оказал сильной огневое сопротивление. Атака с хода успеха не имела.
Командир батальона приказал ротам закрепиться, привести себя в порядок и подготовиться к повторной атаке опорного пункта.
Через 45 минут немцы открыли по батальону сильный сосредоточенный огонь из шестиствольных минометов и артиллерийских орудий.
В ходе боя 3-я рота, хорошо натренированная в самоокапывании, сумела за 45 минут укрыться в стрелковых ячейках полного профиля и потерь почти не имела; 2-я рота отрыла стрелковые ячейки неполного профиля и имела некоторые потери; но 1-я рота, командир которой решил отрыть лишь стрелковые и пулеметные ячейки для стрельбы лежа, а оставшееся до атаки время использовать для отдыха, имела значительные потери, и атака батальона задержалась.
Этот пример ярко показывает, к чему может привести пренебрежение к самоокапыванию на поле боя, и еще раз подтверждает, что в полевых условиях надежным прикрытием от огня артиллерии, минометов, авиации и танков является лишь окоп и траншея полной глубины.
Ячейка для стрельбы лежа может служить лишь временным укрытием от ружейно-пулеметного огня. Сводить все обучение лишь к тренировке в отрывке стрелковых ячеек для стрельбы лежа и даже с колена, проявлять излишнюю и вредную «жалость» к обучаемому, допуская в учебе условности и упрощенность, — значит давать ему неправильные понятия о требованиях к самоокапыванию,
Понятно, что обучение самоокапыванию должно начинаться с отрывки стрелковой ячейки для стрельбы лежа, с колена, но обучаемый должен понять, что ячейка для стрельбы лежа отрывается лишь при недостатке времени и что надежным укрытием в полевых условиях может быть только окоп полного профиля.
Серьезное значение в современной войне приобретает умение бойца совершенствовать свой окоп в боевом и хозяйственном отношении. Пехотинец должен уметь устроить бойницу, нишу для боеприпасов, правильно расчистить сектор обстрела, построить блиндаж, отхожее место, перекрыть и хорошо замаскировать свой окоп.
Стрелковые войска должны отрабатывать и совершенствовать свои знания по самоокапыванию во время полевых выходов частей и подразделений.
В этом отношении поучительны занятия, проведенные командиром батальона майором Базыревым.
Планируя трехдневный выход в поле, командир батальона решил провести тактические учения, на которых отрабатывалась тема «Марш и встречный бой усиленного стрелкового батальона».
В районе учений занятия были организованы следующим образом: 1-я и 2-я роты действовали как свои войска (занятиями их руководил сам командир батальона), 3-я стрелковая рота обозначала противника (занятиями руководил заместитель командира батальона).
В течение двух суток стрелковые роты с подразделениями усиления работали по оборудованию своих районов и позиций под огнем «противника».
К исходу вторых суток все роты получили приказание подготовить занимаемый рубеж как исходный для атаки и быть готовыми с утра начать атаку. В течение ночи роты устроили выходы из траншеи, отрыли ходы сообщения в сторону «противника» и проделали проходы в заграждениях.
С утра 1-я и 2-я стрелковые роты начали атаку, упредив роты «противника». Но в глубине обороны они встретили сильное сопротивление. Ротам было приказано закрепиться на достигнутом рубеже, привести себя в порядок, подтянуть огневые средства и подготовиться к новой атаке. Роты снова приступили к самоокапыванию.
До ввода батальона в «бой» его командир провел еще два-три таких выхода в этот же район, каждый раз дополняя и усложняя обстановку.
В это же время велись работы по дооборудованию района учений в боевом и хозяйственном отношении.
Так было создано прекрасное учебное поле, причем личный состав батальона не только отработал запланированные темы по тактике, но научился технически грамотно, быстро и последовательно окапываться, а в процессе решения тактических задач — совершенствовать свои окопы в боевом и хозяйственном отношении.
Боевые действия показывают, что пехоте, как правило, приходится окапываться в непосредственной близости от противника, под воздействием его огневых средств. Это требует большого напряжения физических и моральных сил бойца.
Научить войска быстро, с наименьшей затратой сил, окапываться в сложной боевой обстановке — задача, над которой должны работать все командиры.
Наряду с этим стрелковые войска необходимо учить хорошо маскироваться от наземного и воздушного наблюдения. В ходе боя войскам почти не приходится пользоваться табельными маскировочными средствами. Маской для пехотинца должно служить любое подручное средство (кусты, трава, ветки, солома). Отрыв ячейку, солдат, должен тщательно замаскироваться под общий фон местности.
Малейшее пренебрежение к маскировке и самоокапыванию в период учебы, допущение условностей при отработке этих вопросов чревато тяжелыми последствиями.
Минирование и разминирование
На поле боя наступающей пехоте приходится встречать и преодолевать главным образом взрывные препятствия.
Разминировать или подорвать минное поле может только достаточно подготовленный и натренированный боец, хладнокровный, смелый, сообразительный и находчивый.
Необходимость инженерного сопровождения стрелковых, войск на всю глубину боя потребовала в ходе войны обучения некоторой части стрелковых подразделений саперному делу, в первую очередь — разминированию и минированию. Сжатые сроки обучения не позволяли в ходе войны учить всю пехоту этому делу. Поэтому, как правило, обучали лишь одно-два стрелковых отделения на роту.
В период подготовки операции по ликвидации немецких войск на Земландском полуострове в каждой стрелковой роте саперному делу обучалось одно стрелковое отделение. На него возлагалась задача: действуя в боевых порядках, обеспечивать роту проходами в минных полях и проволочных заграждениях противника, а при переходе к временной обороне — устанавливать заграждения. Часто эти отделения действовали как саперы в составе штурмовых групп.
Такая организация саперной подготовки пехоты в ходе войны вполне себя оправдала.
Обучение минно-подрывному делу является одним из самых трудных вопросов саперной подготовки войск.
Качество подготовки войск инженерному делу зависит не только от наличия оборудованного учебного инженерного городка, но прежде всего — от хорошего обеспечения практических занятий учебными противотанковыми и противопехотными минами.
В этом залог правильного и успешного обучения. Занятия по минно-взрывному делу не терпят условностей. Обучение преодолению препятствий на условно обозначенных минных полях или на так называемых «мертвых» пассивных минах приносит лишь вред обучаемым. На самом деле, какую пользу может принести обучение на минном поле, обозначенном чурками или дернинами?
Это даст ложное представление о настоящем минном поле и у обучаемых не выработаются все качества, нужные при установке боевых мин или разграждении. Не может принести пользы и имитация минных заграждений управляемыми фугасами.
Чтобы полно и правильно обучить пехотинца минированию и разминированию, необходимо прежде всего иметь учебные мины.
Для проделывания проходов в взрывных заграждениях войска могут с успехом применить ручные и даже противотанковые гранаты. Показательными в этом отношении являются занятия, проведенные в одной из частей.
Для занятия было создано учебное минное поле с применением активно действующих «мин».
Вначале наступающая рота преодолела «минное поле» без предварительного «разминирования». «Потери» роты составили 25% ее личного состава. Во второй раз проходы в «минном поле» были проделаны с помощью ручных гранат. В этом случае рота «потеряла» лишь 2,5% своего состава.
В третий раз для проделывания проходов были использованы противотанковые гранаты. Это снизило «потери» по сравнению со вторым разом втрое.
Эти примеры подтверждают эффективность ручных и особенно, противотанковых гранат в борьбе с взрывными препятствиями противника. Вполне понятно, что применение гранат в каждом отдельном случае будет определяться обстановкой и другими условиями. Они могут быть применены для проделывания проходов в том случае, если это не нарушит элемента внезапности и скрытности действий наших войск (при бое в глубине обороны противника), когда ввиду ограниченности времени исключена возможность применения других способов и средств.
Все эти примеры мы приводим для того, чтобы показать, что солдат должен уметь преодолевать или уничтожать препятствия противника, особенно взрывные, любыми средствами и способами, в первую очередь теми, которые для него являются более сподручными в данной обстановке.
Организуя обучение минированию и разминированию, командир должен всегда учитывать воздействие вражеского огня.
Как правило, все инженерные и особенно взрывные препятствия противника хорошо увязываются с системой огня всех огневых средств. Поэтому пехота должна быстро и по возможности безостановочно преодолевать полосу препятствий противника. Малейшая задержка у заграждений только увеличивает потери.
Командир обязан для проделывания проходов в препятствиях выделить лишь часть обученной пехоты, а основными силами продолжать выполнять основную задачу.
Организованно преодолеть препятствие можно лишь тогда, когда оно не явится неожиданным для командиров и войск, а для этого требуется умение в ходе боя постоянно вести инженерную разведку.
* * *
За годы войны Советская Армия накопила богатый опыт саперной подготовки войск. Такие работы, как подготовка переправочных средств из подручных материалов или прокладка колонного пути выполнялись войсками самостоятельно. Теперь задача состоит в том, чтобы, используя опыт войны, правильно учить саперному делу не только стрелковые, но и все другие рода войск. Инженерная подготовка войск должна стать неотрывной частью их общей тактической подготовки.
Военно-инженерный журнал. 1947. № 4.