Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Categories:

Лиддел Харт: как феникс из пепла

Предыдущая часть.

По словам Брайана Бонда, «Вторая мировая война для Лиддел Харта была периодом разочарования и расстройства». В высших кругах он сохранил постоянные контакты только с Ллойд Джорджем (сам находящийся на закате) и Бивербруком, до февраля 1942 года входившего в Военный кабинет.

Ещё не завершилась французская кампания вермахта, а Лиддел Харт уже начал отбирать выдержки из своих довоенных трудов, чтобы показать, что всё произошло в соответствии с его предсказаниями. Последовательно вышедшие сборники Dynamic Defence (ноябрь 1940) и The Current of War (сентябрь 1941) как бы говорили, что «в главном он прав», а успехи немецких войск подавались как исключение, случившиеся из-за значительного численного и материального превосходства:

«Французская армия проложила путь к собственному поражению, потому что не смогла усвоить или разработать оборонительную технику, подходящую для современных условий. После первоначального немецкого прорыва она ускорила катастрофу, пытаясь применить совершенно устаревшую технику наступления. Напротив, немцы преуспели, потому что они достаточно хорошо понимали силу современной обороны, чтобы избежать лобовых атак, в которых затупится их оружие, одновременно превращая в своё преимущество ту же оценку обороны, об которую разбились контратаки союзников».

Однако, эти самооправдания не находили понимания среди современников. Например, в рецензии журнала Army Quarterly на Dynamic Defence ему напомнили, что он сам был советником Хор-Белиша и в известной мере ответственен за развитие британской армии.

В своих мемуарах, вышедших в 1965 году, Лиддел Харт писал, что не мог в конце 30-х прямо сообщать о слабостях союзников и о силе немцев, потому что последние могли воспользоваться этими подсказками. Правда, это противоречило его же утверждениям, что он ещё до разгрома чётко указывал на недостатки союзников, да никто к нему не прислушивался.

Не чурался Лиддел Харт и подтасовывать факты. Например, в 1949 году в американском Infantry Journal про него написали: «В годы, предшествующие Второй мировой войне, капитан Харт отличился как адвокат идеи о том, что в современной войне оборона значительно превосходит наступление». На это журнал получил ответ со следующими словами: «Европейским военным было бы забавно услышать, что в США я известен в основном как защитник обороны. Для них я, прежде всего, начиная с 20-х годов, — представитель бронетанкового наступления и методов будущего блицкрига». В уже упомянутых мемуарах описывалась встреча Лиддел Харта с Бломбергом в 1932 году, в которой, по словам автора, на немецкого генерала большое впечатление произвели мысли о глубоких стратегических прорывах. Однако в архивном описании этой встречи немец больше говорил о силе обороны и что собирается скорректировать «общепринятую одержимость наступлением» в подготовке.

Во время войны Лиддел Харт занял позицию страстного критика действий союзников. 14 сентября 1940 года он делает запись, в которой выражает своё мнение о тщетности тотальной войны:

1. Любая война между великими державами не являлась неизбежной.
2. Всегда есть ошибки с обеих сторон.
3. Простые люди всегда являются главными пострадавшими.
4. Страдания усиливаются погоней за иллюзорной «победой».
5. Победа редко достигается в военном смысле и никогда в политическом смысле — быть в конечном итоге более выгодной, чем в случае нерешительного исхода.
6. Даже когда победа достижима, это плохая основа для последующего мира.

На протяжении всей оставшейся войны Лиддел Харт в той или иной степени придерживался этих принципов. Он был сторонником договорного мира с гитлеровской Германией. У него присутствовали серьёзные моральные сомнения касательно блокады Германии, т.к. она больше бьёт по оккупированным ею странам, и Британия, тем самым, может совершить «более серьёзное преступление против человечества и цивилизации, чем даже всё то, что задумал тиранический диктатор». Относительно стратегических бомбардировок, противником которых он был с самого начала, Лиддел Харт в июне 1942 года написал:

«Довольно иронично, что победа защитников цивилизации зависит от самого варварского и неумелого (unskilled) способа выиграть войну, который только видел современный мир.

В первые два года войны немцы были обязаны своими победами не только превосходящей силе, но и тому факту, что они вывели военное искусство на новый уровень мастерства. Сейчас мы рассчитываем на победу путём снижения его до нового низкого уровня — в виде беспорядочных (ночных) бомбардировок и неизбирательного голода.

По крайней мере, это естественное продолжение прошлой войны, когда именно немцы единственные продемонстрировали навык полководческого искусства, замеченный в Европе, в то время как союзники изнурили их явным истощением — снарядами на поле боя и голодом в тылу»
.

Провозглашение Рузвельтом в январе 1943 года на конференции в Касабланке принципа безоговорочной капитуляции тоже было воспринято Лиддел Хартом в штыки. Он считал это решение «самым глупым и несвоевременным шагом, который только можно сделать, — и наиболее лучшим укреплением для Гитлера».

1 октября 1943 года увидел свет новый меморандум Лиддел Харта «Будущий баланс Европы». Там был обозначен грядущий послевоенный мир: Россия поглотит Прибалтику и часть Польши, а также оккупирует всю Центральную Европу и часть Германии. Англо-американские войска, в свою очередь, оккупируют Южную Европу и так же часть Германии. Россия в долгосрочной перспективе займёт место Германии как доминирующей европейской державы и станет даже более опасной (чем Германия). Англия в этом случае будет играть опасную роль буферного государства между великими державами. Германия могла бы усилить этот буфер, да вот беда: «Ирония ситуации заключается в том, что достижение нашей цели в виде полной победы связано с уничтожением единственно возможного волнореза (breakwater) сколько-нибудь реальной силы».

Стремление Лиддел Харта к объективности и беспристрастности касательно Германии и немцев приводило его, можно сказать, к самообману. Примеры жестокого немецкого поведения на оккупированных территориях и сведения о концлагерях он считал польской или русской пропагандой. Он полагал, что у Гитлера ограниченные цели войны и строгие правила поведения, отказывая в этом стороне союзников. В его глазах он (Гитлер) являлся не более злодеем, чем Людовик XIV или Наполеон.

В качестве примера. Прочитав статью Артура Кёстлера «Смешанный транспорт» (Horizon, октябрь 1943) о перевозке евреев Восточной Европы в семнадцати грузовиках, использовавшихся обычно для скота, в трудовые лагеря или на уничтожение, Лиддел Харт пометил её подзаголовком «Выпадение из реальности». Подчеркнув ряд «неправдоподобностей и нелепостей», он нашёл историю полностью выдуманной.

Можно сказать, что Лиддел Харт со своими широко декларируемыми взглядами, плыл против течения общественного мнения.

В конце войны многие из захваченных в плен крупных немецких военачальников содержались вблизи дома Лиддел Харта в Озёрном краю (северо-западная Англия). Последний смог опросить их и впоследствии эти разговоры о ведении операций и их отношениях с Гитлером стали основой для знаменитой книги The Other Side of the Hill (1948). Другое название — The German Generals Talk.

То, что он услышал от немецких генералов, хорошо укладывалось в его представления о противнике. Он был резко настроен против политического руководства и варварское отношение к завоёванным народам относил почти полностью на его счёт, в то время как вермахт (в отличие от союзников) старался следовать обычаям войны.

До начала 50-х годов Лиддел Харт много внимания уделял судебным процессам над немецкими военными преступниками. По его мнению, побеждённых противников не следовало преследовать или унижать. А главные действующие лица подобных процессов в принципе были достойными и благородными людьми, в чём его убедили вышеупомянутые встречи. В этом отношении он был далеко не одинок, многие высокопоставленные и уважаемые в Великобритании люди придерживались той же позиции.

Лиддел Харт перечислил восемь возражений в «Деле против военных трибуналов»:

1. Односторонний суд победителей над побежденными — сводится к осуждению последних, потому что они проиграли войну!
2. Лицемерие в нахождении в суде вместе с русскими...
3. Глупость в осуждении немцев за то, что они сделали в России
— без учёта русских методов войны (и Катынь — самый ранний случай).
4. Не учитывает свидетельства из оккупированных стран о том, что германская армия вела себя лучше всех.
5. Не принималось во внимание, как Гитлер и нацисты (см. дневник Гёббельса) постоянно жаловались на противодействие немецких генералов и на их чрезмерную гуманность.
6. Наихудшим злодеянием Германии были массовые убийства (со стороны нацистов) — но чем это хуже, чем наша собственная политика массовых бомбардировок с января 1942 года, преднамеренно направленная против гражданского населения.
7. Что касается осуждения репрессий — сравните гораздо более решительные действия американских бомбардировщиков с тем, чтобы уничтожить любую деревню, из которой был сделан выстрел.
8. Лицемерие за использование против немцев Kommandobefehl [т.е. что они должны быть расстреляны] ввиду того, как коммандос нарушали правила войны и убивали беззащитных пленных.

Кампанию за справедливость, как он её полагал, Лиддел Харт вёл в прессе и в частной переписке. Она была тесно связана с его представлениями о важности будущей германской армии для укрепления общеевропейской безопасности от красной угрозы.

Поддержка высокопоставленных пленников заключалась не только в словах, но и в делах. Лиддел Харт посылал заключённым сигареты, табак, продуктовые посылки, снабжал их экземплярами своих книг и статей. Больному Руншдедту он подарил матрас, помог с переездом жены и сына Манштейна в дом его сестры, находящийся во французской зоне оккупации.

Брайан Бонд писал в своём исследовании:

«Никто из тех, кто знал его, не может отрицать, что Лиддел Харт был довольно наивно уязвим к лести и даже если какие-либо отдельные немецкие генералы использовали эту слабость намеренно или не очень, это не имеет значения: важно то, что их отношения с ним были окрашены теплыми чувствами благодарности, а в некоторых случаях и взаимным восхищением…

… репутация Лиддел Харта потускнела во время Второй мировой войны, и в конце 40-х он всё ещё испытывал крайнюю горечь по поводу пренебрежения к нему со стороны британского военного и политического истеблишмента. Это не подразумевает какого-либо циничного намерения со стороны Лиддела Харта обдуманно попытаться улучшить свою репутацию; просто он был рад получить подтверждение, что его пророческие военные идеи были полностью оценены на «другой стороне холма»
.

Джон Миршаймер продолжил:

«Чтобы возложить вину за падение Франции на британских (и французских) генералов, он изобразил их как некомпетентных людей, не желающих прислушиваться к его идеям. Возникшая в результате глубокая пропасть между ним и союзными генералами, естественно, освободила его от ответственности за это знаменательное поражение.

Совсем другая цель у него с вермахтом: описать немецких генералов весьма благоприятными словами, а затем связать себя с наиболее уважаемыми среди них. Эта отождествление с вермахтом работало, чтобы поднять его положение в глазах изучающих военное дело. Точнее говоря, это помогло ему доказать, что он предвидел события мая 1940 года и что немецкие генералы действительно одержали эту победу, применив стратегию, которой они научились у него. Его конечная цель была проста: убедить других в том, что корни великой немецкой победы можно проследить до него; что он не только не несёт ответственности за поражение союзников, но ответственен за большую часть вклада в немецкую победу»
.

Гудериан, Роммель, Манштейн – сплошь громкие имена, на которые, так или иначе, имел влияние Лиддел Харт. Или, точнее, пытался прямо или косвенно заставить других поверить в это влияние, тем самым представив себя великим военным теоретиком, чьи идеи оценили и воплотили не на родине, а в стане противника. Во время войны Лиддел Харт неоднократно писал, что немецкие генерала особо изучали его довоенные работы, откуда сделали определённые выводы и эти выводы обеспечили им ряд побед. После войны он предпринял усилия для обеспечения своих утверждений доказательствами.

Начнём с последнего. Лиддел Харт считал, что некоторые его довоенные работы оказали влияние на Манштейна в вопросе выбора Арденн как главного направления в будущей операции «Гельб». Правда, когда приводились конкретные цитаты из этих работ, в них не была видна эта идея. Наоборот, как показано в The Defence of Britain (1939, глава The Defence of the Left Flank), местность в Арденнах представляет большие возможности для обороняющихся, которые в ряде мест могут горсткой пулемётов сдержать целый армейский корпус.

Манштейн в 1948 году написал Лиддел Харту о том, как он пришёл к плану прорыва через Арденны и как ему удалось убедить в его работоспособности Гитлера, но без каких-либо упоминаний о влиянии английского автора. В ходе кампании по снятию обвинений с Манштейна Лиддел Харт сблизился с Реджинальдом Пэйджетом, адвокатом Манштейна, и будущим автором книги Manstein: His Campaigns and His Trials (1951). 12 апреля 1951 года Пэйджет, завершая работу над книгой, написал Лиддел Харту: «Я включил [в книгу] следующее предложение: ‘Капитан Лиддел Харт, сказал он [Манштейн], в своей предвоенной статье высказал предположение, что бронетанковый прорыв сквозь Арденны технически возможен’. Думаю, это нормально». Но Лиддел Харт не согласился с этим:

«Предложение, которое вы процитировали в начале вашего письма от 12-го [апреля], довольно изящно и эффективно... Альтернативный вариант может выглядеть так: «Он был впечатлён, сказал он, статьёй капитана Лиддел Харта, утверждающего, что бронетанковый прорыв сквозь Арденны технически возможен». Это только на ваше рассмотрение, и какой бы из них вы не выбрали — большое спасибо».

Впоследствии Пэйджет сказал Лиддел Харту, что его вариант Манштейн наотрез отверг. Однако позднее это не остановило Лиддел Харта от вложения своих слов в уста фельдмаршала в книге воспоминаний (Memoirs, 1965)

Гудериану была оказана значительная помощь в публикации его воспоминаний на английском языке. Лиддел Харт играл роль своего рода литературного агента, и издатель даже предложил, чтобы он стал редактором книги. Однако предложение было отклонено (возможно, из-за опасений поставить под сомнение похвалу Гудериана в свой адрес) и дело ограничилось предисловием. «Быстрый Хайнц» более охотно пошёл навстречу Лиддел Харту, который взамен отказался от своей доли за издание мемуаров Гудериана, а в расширенной версии The German Generals Talk (1951) целую главу посвятил «отцу панцерваффе».

6 апреля 1951 года Лиддел Харт в письме Гудериану попросил его добавить один абзац в англоязычное издание мемуаров. Напомню, что в русском переводе, сделанном с немецкого оригинала, есть такой абзац:

«[Фолькгейм снабдил меня некоторой литературой, и я получил возможность приступить к изучению еще слабо разработанной теории использования бронетанковых войск. Наиболее богатый опыт в этой области имели англичане и французы. Я достал необходимую литературу и начал ее штудировать].

Это были преимущественно английские статьи и книги Фуллера, Лиддл Гарта и Мартеля, которые меня чрезвычайно заинтересовали и обогатили мою фантазию. Эти дальновидные специалисты уже в тот период хотели превратить бронетанковые войска в нечто более значительное, чем вспомогательный род войск для пехоты. Они ставили танк в центр начинающейся моторизации нашей эпохи и являлись, таким образом, крупными новаторами в области разработки современных методов ведения войны».


И вот после него в английском переводе появилось:

«У них я научился массированию танков, как это было в сражении при Камбре. Кроме того, именно Лиддел Харт подчёркивал важность использования бронетанковых сил для глубоких ударов, операций против коммуникаций армии противника, а также предложил тип бронетанковой дивизии, объединяющей танковые и танко-пехотные части. Глубоко впечатлённый этими идеями, я попытался развить их в том смысле, в каком это возможно для нашей собственной армии. Поэтому в нашем дальнейшем развитии я многим обязан капитану Лиддел Харту».

Абзац был написан самим просителем и, чтобы это не вскрылось, копия письма, как и ответ на него Гудериана от 23 апреля, исчезли из архива Лиддел Харта. Миршаймер предположил, что это произошло в 1968 году, когда один американский диссертант поинтересовался у переводчика отсутствием второго абзаца в немецком оригинале. Переводчик переслал письмо Лиддел Харту, а тот в ответ написал, что не имеет понятия, почему так получилось и что есть только его письмо от 18 мая 1951 года, в котором он благодарит Гудериана за сказанное в пресловутом абзаце. Уже в середине 70-х оба письма были обнаружены Кеннетом Макси в архиве семьи Гудериана, после чего копии вернулись в архив Лиддел Харта.

Возможно, наиболее сложным для Лиддел Харта было представить своим последователем Роммеля, имевшего значительную популярность в англоязычном мире. До войны будущий фельдмаршал не был сторонником танковых дивизий, не имел отношения к планированию кампании во Франции, потому возможное влияние английского военного писателя можно было обнаружить только во время войны. К несчастью, в бумагах Роммеля упоминание Лиддел Харта ограничивается только одной заметкой середины 1942 года: «После сражения я наткнулся на статью британского военного критика Лиддел Харта, в которой он приписывал недостатки британского командования во время африканской кампании тесной связи британских генералов с пехотным методом ведения войны (infantry warfare). У меня сложилось такое же впечатление».

В ноябре 1949 года с Лиддел Хартом связался бригадный генерал Дезмонд Янг, заканчивавший биографию Роммеля (Rommel, 1950), и предложил ему выступить в качестве редактора англоязычного издания личных бумаг Роммеля. На это Янг получил два вопроса: Уверена ли семья Роммеля, что хочет видеть его в качестве редактора? Есть ли доказательства влияния Лиддел Харта на Роммеля? На второй вопрос Янг ответил, что и Люси-Мария Роммель (жена), и Манфред Роммель (сын) сказали, что «Роммель всегда глубоко интересовался вашими работами». После этого Лиддел Харт завязал прямую переписку с семьёй Роммеля, где почти сразу поставил прямой вопрос: «Я был бы очень признателен за всё, что вы можете рассказать о его чтении моих книг и любых его комментариях о них».

Манфред Роммель ответил:

«Мой отец очень ценил вас и я знаю, что он прочитал одну или две ваши книги, когда стал командиром седьмой танковой дивизии во Франции. В Северной Африке он изучал ваши статьи, написанные в ходе войны. Я был слишком молод и не достаточно в этом разбирался, чтобы запомнить мнение отца о ваших книгах, а моя мать, конечно, знала вас достаточно давно и то, что вы учите современным принципам войны, но сказать что-то особенное не может».

К письму Манфред приложил два небольших отрывка из бумаг отца времён войны, в которых есть отсылки к «британским военным критикам», чьи инновационные идеи о механизированной войне отвергли британские правители. Никаких имён в этих отрывках не упоминалось. После этого Манфред сообщил, что генерал Фриц Байерляйн, служивший под руководством Роммеля во время войны, сказал об этих отрывках:

«…что мой отец имел в виду вас и генерала Фуллера… и он считал, что британцы могли бы предотвратить бóльшую часть своих поражений, если бы более внимательно отнеслись к вам и генералу Фуллеру до войны».

Это очень заинтересовало Лиддел Харта и он попросил Манфреда написать эту цитату по-немецки, чтобы он смог получить «точный перевод». Между делом он также упомянул, что генерал Гудериан назвал себя «последователем Лиддел Харта в танковых делах». Это «случайное» упоминание всплывает в письме Байерляйна Лиддел Харту в феврале 1950 года:

«В ходе войны на многих совещаниях и в личном общении с Роммелем мы обсуждали ваши военные труды, вызывавшие наше восхищение. Мы признавали вас как военного автора, который произвёл наибольшее впечатление на фельдмаршала и который сильно повлиял на его тактические и стратегические концепции. Как бывший начальник штаба Роммеля, я могу заявить, что не только генерала Гудериана, но и самого Роммеля можно назвать вашим «учеником» во многих отношениях».

Лиддел Харт немедленно ответил и опять с просьбой написать этот абзац по-немецки, чтобы он смог потом перевести на английский. Полученный немецкий вариант он отправил аж двум разным переводчикам. Итак, Лиддел Харт получил свидетельства своего влияния на Роммеля, и теперь надо было сделать это достоянием общественности.

В первую очередь он отослал два отрывка и примечание Байерляйна генералу Янгу с просьбой вставить их в новое издание своей книги, в приложение с выборкой из записок Роммеля. Просьба была удовлетворена. Теперь настало время немецкого издания записок Роммеля под названием Krieg ohne Hass (1950). Лиддел Харт послал Байерляйну письмо с просьбой вставить разъяснительное примечание к уже известным строкам Роммеля (точно такое же появилось в англоязычном издании The Rommel Papers (1953), редактором которого выступил сам Лиддел Харт):

«Примечание генерала Байерляйна — Здесь Роммель ссылается на капитана Лиддел Харта и генерала Фуллера. По его мнению британцы могли бы избежать большинства своих поражений, если бы они обращали больше внимания к современным теориям, изложенным двумя этими авторами до войны. В ходе войны на многих совещаниях и в личном общении с фельдмаршалом Роммелем мы обсуждали труды Лиддел Харта, вызывавшие наше восхищение. Из всех военных писателей именно Лиддел Харт произвёл глубочайшее впечатление на фельдмаршала и наиболее повлиял на его тактическое и стратегическое мышление. Он, как и Гудериан, во многих отношения может быть назван «учеником» Лиддел Харта».

Байерляйн вроде бы согласился, но в немецком издании это примечание появилось без последних трёх предложений, т.е. он выбросил всё, что сам написал в письме от 15 февраля 1950 года. Можно только догадываться, зачем так поступил немецкий генерал. Возможно, он не захотел публично сделать не совсем правдивое утверждение.

Ещё обращаю внимание, что хотя в издательском примечании (Publisher’s Note) сказано, что «следующее примечание написано генералом Байерляйном для немецкого издания Krieg ohne Hass», мы знаем, что его написал Лиддел Харт и он же попросил его добавить в книгу. Так же нет никаких свидетельств, что Байерляйн был уведомлён об изменениях в «его» примечании.

Все эти усилия с книгами Гудериана и Роммеля, а так же с его собственной The Other Side of the Hill (The German Generals Talk) не пропали даром и были замечены как рецензентами, так и более поздними исследователями, которыми Лиддел Харт отмечался как создатель блицкрига и наставник немецких военачальников.

Конечно, многое сделало время: чем дальше уходили события, тем туманнее они становились в памяти. Личные качества Лиддел Харта как дружелюбного и щедрого человека помогли ему завоевать доверие нового послевоенного поколения историков Великобритании и Соединённых Штатов: Брайан Бонд, Аластер Фрэнсис Бучар, Майкл Хауард, Аластер Хорн, Пол Кеннеди, Рональд Льюин, Джей Луваас, Кеннет Макси, Ричард Огоркевич, Роберт О’Нил, Питер Пэйрет и другие. Когда в 1965 году вышел сборник эссе The Theory and Practice of War, посвящённый Лиддел Харту, три статьи в книге (Liddell Hart and the French Army, 1919—1939; Doctrine and the Training in the German Army, 1919—1939; Liddell Hart and the British Army, 1919—1939) имели непосредственное к нему отношение, и все три поддерживали его версию событий межвоенного периода. В том же году вышла книга Джея Лувааса The Education of an Army: British Military Thought, 1815—1940, в которой глава, посвящённая Лиддел Харту, многозначительно называлась The Captain Who Teaches Generals. Наконец, тогда же появились мемуары (The Memoirs of Captain Liddell Hart, 2 vols) самого Лиддел Харта, в которых он неоднократно весьма вольно обращался с фактами, чтобы показать себя в лучшем свете (это, впрочем, свойство присущее всем мемуаристам, вопрос лишь в мере), особенно в критические предвоенные годы. Воспоминания заканчивались французской кампанией вермахта.

Только после смерти Лиддел Харта заботливо нарисованная картина начала трескаться под внимательным взглядом как его бывших воспитанников, так и других исследователей.


Литература:

Bond, Brian. Liddell Hart: a Study of His Military Thought (London, 1977).
Gat, Azar. Fascist and Liberal Visions of War: Fuller, Liddell Hart, Douhet and Other Modernists (Oxford, 1998).
——. British Armour Theory and the Rise of the Panzer Arm: Revising the Revisionists (Basingstoke and New York, 2000).
Gibson, Irving M. Maginot and Liddell Hart: The Doctrine of Defence // Makers of Modern Strategy: Military Thought from Machiavelli to Hitler. Ed. by Edward Mead Earle (Princeton, 1944).
Liddell Hart, Basil Henry. When Britain Goes to War (London, 1935).
——. Europe in Arms (London, 1937).
——. The Defence of Britain (London, 1939).
——. The Current of War (London, 1941).
Mearsheimer, John. Liddell Hart and the Weight of History (London, 1988).
Searle, Alaric. A Very Special Relationship: Basil Liddell Hart, Wehrmacht Generals and the Debate on West German Rearmament, 1945–1953 // War in History, Vol. 5, No. 3 (July 1998).
——. Fuller and Liddell Hart: The Continuing Debate // War in History, Vol. 8, No. 3 (July 2001).

Ещё две статьи, затрагивающие влияние работ Лиддел Харта, но не использованные при составлении обзора, как выходящие за рамки:

Ben-Moshe, Tuvia. Liddell Hart and the Israel Defence Forces — A Reappraisal // Journal of Contemporary History, Vol. 16, No. 2 (Apr., 1981).
Castel, Albert. Liddell Hart's "Sherman": Propaganda as History // The Journal of Military History, Vol. 67, No. 2 (Apr., 2003).


P.S. Небольшой отрывок из советской прессы времён войны:

Не обошлось и на этот раз без попыток со стороны некоторых иностранных обозревателей и органов печати умалить результаты советского наступления. Уже 17 января некий американский радиокомментатор Хау, ссылаясь на отсутствие данных о количестве пленных немцев на советско-германском фронте, заявил, что «германская армия, возможно, снова отступает в порядке, как и прежде».

Ряд английских и американских обозревателей и журналистов в течение нескольких дней поддерживал эту версию.

20 января английский обозреватель Питер Фрэзер писал: «После битвы в Нормандии они (немцы. — Я. М.) отступили вдруг к линии Зигфрида. Очень возможно, что немцы имеют такие жо планы и на Востоке. Они знали, что не сумеют удержать свою оборону на Висле, и, возможно, решили отойти до Одера».

Но удивительно, что даже через три дня, то есть 23 января, когда стала уже выявляться вся глубина поражения немцев на советско-германском фронте, английский обозреватель Лиддл Гарт возвращался к тому же предположению на страницах «Дейли мейл». «Мы должны считаться с возможностью, — изрекал он глубокомысленно, — что германское командование предусмотрело подобное отступление не только для того, чтобы избежать угрозы удара, но и для того, чтобы расстроить зимние планы русских так же, как немцы уже расстроили зимние планы западных союзников».

Лиддл Гарт, воспользовавшись случаем, кстати тут же утверждает, что зимние планы западных союзников уже расстроены. Не выдаёт ли он собственное «расстройство» за чужое?!

Но в тот же день, когда Лиддл Гарт писал о «преднамеренном» отступлении немцев, берлинский радиообозреватель Дитмар сообщил в своём весьма паническом обзоре о немецких «блуждающих котлах», оставшихся в тылу советских войск. О многочисленных крупных «котлах», в которые попали гитлеровцы, вопили уже все немецкие сообщения. Вскоре эти «котлы» приняли вполне реальные географические очертания. Весь мир узнал об окружении у Восточной Пруссии, в Познани, в Торне больших масс немецких войск, которые постепенно доколачивались Красной Армией.

А 27 января Совинформбюро опубликовало итоги наступления с 12 по 24 января, итоги весьма внушительные: за 12 дней Красная Армия вывела из строя одними лишь убитыми и пленными более 380 тысяч немецких солдат и офицеров, не считая раненых. Судя по опыту любой войны, число раненых всегда не меньше числа убитых. Следовательно, за 12 дней враг потерял не менее 700—800 тысяч человек.


Миров Я. Иностранная печать о наступлении Красной Армии // Большевик. 1945. № 2 (январь).
Tags: ВМВ, Военная теория, Историография, Современность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 68 comments