Павел Козлов (paul_atrydes) wrote,
Павел Козлов
paul_atrydes

Category:

Реформирование глубокого боя и современная глубокая операция, вторая половина 30-х (I)

Я. Жигур

Прорыв и его развитие

Выводы из опыта мировой войны 1914—1918 гг.

Анализируя эволюцию прорывов в войне 1914—1918 гг., мы приходим к следующим основным выводам (см. таблицу «Условия и результаты тактических прорывов»):

1. Прорыв даже в условиях полустабильного восточноевропейского фронта 1915 г., при незначительном насыщения войск пулеметами, требовал большого расхода артиллерийских средств. При плотности обороны 10—15 км на дивизию, для прорыва требовалось в среднем до 15—20 орудий с расходом около 12 000 — 15 000 снарядов на 1 км фронта.

2. Эшелонирование обороны в глубину в свою очередь вызвало необходимость наращивания усилий наступающего в процессе преодоления глубины основного расположения тактической обороны, т. е. вызвало глубокое построение боевых порядков наступающего.

3. С увеличением насыщения армий пулеметами резко росла сила обороны; мощь последней еще более увеличивалась возросшими возможностями инженерного оборудования оборонительных позиций.

С ростом же силы обороны наступающий для обеспечения успеха прорыва должен был увеличивать средства подавления; потребные количества артиллерии для прорыва в 1915 г. на западном фронте доходили до 60—100 орудий с расходом до 100 000 снарядов на 1 км фронта.

4. Успеха прорыва пытались достигнуть полным разрушением и уничтожением артиллерией оборонительных позиций с их огневыми средствами. Решение этой задачи оказалось возможным лишь на глубину, доступную для наземного наблюдения, ценой громадного расхода снарядов. Это требовало многодневной артиллерийской подготовки. Разрушение объектов обороны в значительной глубине (в частности, второй позиции) при этом оказалось практически невозможным. Поэтому обороняющийся, располагая свободными резервами, имел возможность своевременно усилить тактическую оборону на угрожаемом участке в подвести достаточные резервы, которые, часто используя вторую оборонительную позицию, ликвидировали прорыв с нанесением тяжелых потерь наступающему.

5. Увеличение количества скорострельной артиллерии, выработка методов точной исчисленной стрельбы по невидимым целям на большую глубину, наличие большого количества химических и дымовых снарядов, а также появление значительного количества танков позволили в 1918 г. организовать прорыв с одновременным появлением (нейтрализацией) всей глубины тактического расположения обороны. Это дало возможность отказаться от многодневной артиллерийской подготовки и обеспечить внезапность наступления.

Все это вместе взятое дало возможность в 1918 г. осуществить ряд успешных тактических прорывов, сопровождавшихся, как правило, почти полным разгромом войск обороны на участке прорыва.

6. Для обеспечения успеха прорыва в условиях 1918 г. (при плотности обороны 4—6 км на дивизию) необходимо было иметь массу средств подавления, доходившую до 80—120 полевых легких и тяжелых орудий с расходом до 50 000 снарядов на 1 км фронта, до 25 танков и до 25 самолетов на 1 км фронта.

Особенности тактического прорыва в современных условиях

а) Сила и средства современной обороны

Плотность фронта на восточноевропейском театре в случае военного столкновения может колебаться на активных участках от 3 до 10 км, а на пассивных — от 8 до 20 км на дивизию.

Дивизия восточноевропейских государств (Польша, Румыния) в среднем насчитывает, примерно, 150 станковых, 300 ручных пулеметов и 60—80 полевых орудий (с артиллерией усиления). Следует ожидать, что во время войны дивизия будет иметь около 50 противотанковых орудий.

Дивизия с таким вооружением обладает большой силой сопротивления, на анализе которой мы остановимся несколько подробнее(1).
____________
1. Анализируя вооружение современной стрелковой дивизии армий восточноевропейских государств (Польша, Румыния), автор из этих, крайне недостаточных, данных совершенно механически, а поэтому необоснованно, делает конкретный вывод о возможной плотности группировки пулеметов, артиллерии, танков и т. д. в будущей войне на восточноевропейском театре.

Плотность группировки войск и их техническая оснащенность в случае военного столкновения на восточноевропейском театре (равно как и на любом другом) будет зависеть от целого ряда различных факторов (общая политическая обстановка, какие государства будут участвовать в конфликте, кто им будет помогать и снабжать и т. д.). Абстрактные, сделанные на основании единственного только второстепенного фактора, выводы автора о возможной плотности группировки на восточноевропейском театре не могут считаться сколько-нибудь обоснованными.

Это следует иметь в виду при чтении дальнейших страниц его статьи. — Ред.



Пехотная оборона. Огневая мощь пехотной обороны при разных плотностях фронта характеризуется следующей таблицей.

ПРИХОДИТСЯ НА 1 км ФРОНТА (в полосе обороны на глубину до 5—6 км)
Плотность фронта           Пулеметов
(км на дивизию)   станковых  ручных   всего

5                    30        60       90
8                Ок. 20    Ок. 40       60
10                   15        30       45
15                   10        20       30
20                   7,5       15      22,5
Таким образом, насыщенность фронта пулеметами при плотностях обороны 5—8 км на дивизию будет, примерно, соответствовать насыщенности обороны в главных операциях прорыва в 1918 г. (мартовское и майское наступление немцев, операции 18 июля и Амьенская 1918 г.). При плотностях 10—15 км на дивизию она будет соответствовать насыщенности наиболее плотных участков обороны 1917 г. на западноевропейском фронте. Наконец, при плотностях 20 км на дивизию пулеметная насыщенность будет соответствовать средним плотностям обороны на западноевропейском фронте в 1917 г., но далеко превзойдет пулеметную насыщенность обороны 1917 г. на восточноевропейском фронте.

По установившимся тактическим взглядам всех европейских армий, до 2/3 пулеметов пехоты располагаются в полосе на 2—3 км от переднего края позиции, а остальные эшелонируются в полосе между 3 и 5 км от переднего края обороны.

Таким образом, в условиях будущей войны наступающий встретится с исключительно плотным и мощным пулеметным огнем обороняющегося. Без потушения этого огня (уничтожение, подавление, нейтрализация) невозможен успех атакующей пехоты. По опыту войны установлено, что достаточно 2—3 действующих пулеметов на каждый километр фронта, чтобы отбить любую пехотную атаку с нанесением больших потерь.

Инженерные средства усиления пехотной обороны к настоящему времени значительно усовершенствованы. Нужно считаться с тем, что уже через 5 часов после остановки для обороны войска своими средствами успевают зарыться в землю, а через сутки уже появляются пехотные препятствия (проволочные заграждения и т. п.), оборудованные командные пункты, некоторое количество полевых убежищ. Благодаря применению быстротвердеющего бетона, на третьи-четвертые сутки возможно появление на главных направлениях бетонированных пулеметных гнезд, для разрушения которых уже необходима тяжелая артиллерия. Все это значительно усиливает оборону, укрывая пехотные огневые средства в земле и частично в бетоне.

Артиллерия обороны. Артиллерийские плотности обороны в условиях будущей войны на восточноевропейском театре могут быть следующими:
Плотности обороны    Приходится в среднем 
 (км на дивизию)    орудий на 1 км фронта

        5                    12—16
        8                     8—10
       10                     6—8
       15                     4—5
       20                     3—4
Такая артиллерийская насыщенность фронта позволяет создать сплошной заградительный огонь на всем фронте лишь при обороне с плотностью 5 км на дивизию. Оборона с плотностью 8—10 км па дивизию даст возможность иметь одновременно артиллерийский заградительный огонь на 50% протяжения франта, а используя дальнобойность и траектории артиллерии — создавать заградительный огонь в решающие моменты боя на решающих участках фронта. В этих условиях силу артиллерийского огня не следует недооценивать.

При обороне с плотностью 15—20 км на дивизию артиллерийский огонь по своей силе будет приближаться к условиям обороны 1915—1916 гг. на восточноевропейском фронте.

Артиллерийские плотности обороны на западноевропейском фронте на важнейших направлениях в 1918 г. составляли в среднем от 25 до 40 орудий на 1 км фронта.

Противотанковая оборона. Появление большого количества танков вызывает быстрое усиление всех европейских армий противотанковыми средствами. Следует ожидать, что в ближайшие годы количество противотанковых орудий и в армиях восточноевропейских государств будет доведено, примерно, до 50 на дивизию (подобно германской армии). В этих условиях на 1 км фронта в среднем будет приходиться:
Плотности обороны   Количество ПТ
                   орудий (на 1 км)
        5                 10
        8                  6
       10                  5
       15                 3,5
       20                 2,5
Учитывая, что некоторые участка обороны по условиям местности танконедоступны, плотность противотанковых орудий фактически будет несколько выше этих средних цифр. Кроме того, на важных направлениях, где будут сосредоточиваться и действовать крупные массы танков наступающего, оборона будет усиливаться частями противотанковой артиллерии резерва главного командования. Противотанковые орудия (неавтоматические) имеют среднюю практическую скорострельность около 20 выстрелов, а автоматические — около 50—60 выстрелов(2) в минуту, дальность действительного огня — 1 000—1 200 м.
__________
2. «Арми Орднанс», III—IV, 1935.


Танки в состоянии вести действительный огонь с 500—600 м. При скорости движения танков 12 км в час и курсе прямо на противотанковое орудие последнее в состоянии произвести выстрелов:
                                  Неавтомати-    Автомати-
                                    ческое        ческое

Вне сферы действия огня танков
(с дистанции 1000—1 200 м до
500—600 м)                       50—60 выстр.  125—150 выстр.

В сфере огня атакующих танков
(с дистанции 500—600 м)          50—60 выстр.  125—150 выстр.

Итого                           100—120 выстр. 250—300 выстр.
В боевых условиях можно ожидать не более одного прямого попадания в танк из 10 выстрелов. В таком случае можно ожидать, что 1 противотанковое орудие в состоянии дать прямых попаданий в танки:
                                    Неавтомати-   Автомата-
                                      ческое       ческое
Вне сферы действия огня 
атакующих танков                    5—6 попад.   12—15 попад.

В сфере огня атакующих танков
(если противотанковое орудие 
уцелеет до подхода к нему 
атакующих танков)                   5—6 попад.   12—15 попад.

Всего                             10—12 попад.   24—30 попад.
Считая, что танк будет выведен из строя 2—3 попаданиями (учитывая возможные рикошета), каждое противотанковое орудие, если оно сохранило возможность вести прицельный огонь, в состоянии вывести из строя: неавтоматическое — 3—5 и автоматическое — 8—10 танков.

Если скорость движения танков на поле боя будет увеличена, то количество потерь танков несколько уменьшится; и наоборот, пря замедлении движения танков или их временной задержке противотанковыми препятствиями потери танков возрастут.

Учитывая вышеуказанные возможности, противотанковая оборона приобретает исключительную силу. Дивизия с 50 противотанковыми орудиями в состоянии в среднем вывести из строя:
Плотности обороны      На каждый км фронта при вооружении
(км на дивизию)       неавтоматическими   автоматическими
                           орудиями           орудиями
5                        30—50 танков      80—100 танков
10                       15—25 танков       40—50 танков
15                        7—12 танков       20—25 танков
Такие потери теоретически возможны в условиях, когда противотанковые орудия сохраняют полную свободу поражения танков, т. е. тогда, когда они не подавлены артиллерией, когда они не нейтрализованы дымовыми средствами, когда они не поражаются огнем атакующих танков.

Разумеется, в боевой действительности этого не будет. Мы привели эти теоретические расчеты с целью показать силу противотанковых орудий с тем, чтобы обосновать необходимость подавления и нейтрализации их.

Кроме противотанковых орудий, противотанковая оборона еще располагает крупнокалиберными пулеметами и винтовками системы Герлиха, являющимися действительным средством борьбы с танками на ближних дистанциях. Значительную роль будут играть также противотанковые мины. Все эти средства ПТО могут быть использованы в любых условиях боевой обстановки.

Инженерные противотанковые препятствия (эскарпы, глубокие и широкие рвы, надолбы и т. д.) могут появиться через несколько дней после занятия войсками оборонительного рубежа.

Все это вместе взятое делает современную противотанковую оборону настолько мощной, что без подавления и нейтрализации ее в большинстве случаев будет невозможна успешная атака танков (при достаточной плотности обороны).

Французы в своем «Наставлении для применения высших войсковых соединений» (1936 г.) следующим образом оценивают силу противотанкового оружия: «Надо всегда и везде подчеркивать, что в настоящее время противотанковое оружие препятствует движению танка так же, как во время последней войны препятствовал движению пехоты пулемет... Использование танков в наступлении возможно лишь при защите и поддержке их очень сильной артиллерией».

Французы безусловно правы в отношении западноевропейского театра с его большими плотностями фронта.

На восточноевропейском театре военных действий положение несколько другое: на участках с небольшой плотностью фронта танки будут иметь значительную свободу действий; однако, на главных направлениях. где плотность противотанкового оружия будет большая, мы должны признать и для восточноевропейского театра (правильными выводы французов в отношении силы противотанкового оружия.

Эшелонирование обороны в глубину. Как мы уже отмечали выше, по существующим тактическим взглядам всех европейских армий, главная позиция обороны, прикрываемая полосой боевого охранения (предполье), имеет глубину около 5—6 км.

На главных оперативных направлениях следует считаться с наличием тыловой позиции, удаленной от главной позиция на расстояние, немного большее дневного продвижения боевых порядков пехоты, насыщенных танками (10—20 км).

б) Современные средства и способы тактического прорыва

«Сила обороны велика даже тогда, когда времени на ее подготовку имелось немного.

Поэтому наступательный бой требует сосредоточения наибольших сил и средств и обеспечения подавляющего превосходства на направлении главного удара» (ПУ 36, ст. 163).

Успех прорыва в конечном итоге зависит от возможностей пехоты овладеть оборонительным расположением противника. В современных условиях пехота в состоянии выполнить эту задачу лишь в том случае, если мощный огонь обороны подавлен или нейтрализован средствами наступающего (артиллерией, танками, авиацией, химическим оружием).

«Пехота, в тесном взаимодействии с артиллерией и танками, своими решительными действиями в наступлении... решает исход боя. Поэтому остальные роды войск, действующие совместно с пехотой, выполняют свои задачи в ее интересах, обеспечивая ее продвижение в наступлении» (ПУ 36, ст. 7).

Наступление имеет задачей уничтожить войска противника в занимаемой ими полосе обороны. Как показал опыт сражений 1918 г., эта задача выполнима при условии сосредоточения достаточных сил и средств и одновременного подавления противника на всю глубину его тактического расположения.

«Современные технические средства борьбы позволяют достигнуть одновременного поражения боевого порядка противника на всю глубину его расположения. Увеличились возможности быстрого изменения группировки, внезапного обхода и захвата тылового района противника с выходом на пути его отхода.

В атаке противник должен быть окружен и полностью уничтожен»
(ПУ 36, ст. 9).

Наш Полевой устав возлагает задачу подавления огня обороны в основном на артиллерию и тапки.

«Артиллерия и танки в наступлении обеспечивают пехоте продвижение вперед путем подавления пулеметных и всех других огневых средств противника. Задача артиллерии, при наличии танков, заключается в первую очередь в подавлении противотанковых средств. Танки прежде всего подавляют пулеметы противника. При отсутствии танков подавление пулеметных и других огневых средств противника является прямой и непосредственной задачей артиллерии.

Танки, усиливающие стрелковые соединения, помимо непосредственной поддержки пехоты, выполняют задачи прорыва в глубину противника с целью уничтожения его резервов, артиллерии, штабов и парков, а также выхода на пути ого отхода.

Применение танков в наступлении должно быть массированным» (ПУ 36, ст. 7).

Роль артиллерии в прорыве. При наличии достаточного количества танков, обеспечивающего подавление пехотного огня противника, основной задачей артиллерии является подавление и нейтрализация артиллерии, противотанковых орудий и крупнокалиберных пулеметов обороны. Для подавления артиллерии противника нужно, примерно, полуторное численное превосходство артиллерии наступающего. В условиях 1918 г. на западном фронте немцы в своих операциях прорыва тратили на подавление артиллерии противника, примерно, 50% всех артиллерийских ресурсов, сосредоточенных для прорыва. Если, как это было на восточноевропейском театре войны, артиллерийские плотности обороны будут меньше и артиллерия наступающего будет тратить относительно меньше усилий на подавление артиллерии обороны, то несравненно больше потребуется от нее усилий для подавления противотанковых орудий и пехотного огня обороны.

Противотанковые орудия и крупнокалиберные пулеметы обороны располагаются скрытно и открывают огонь только при появлении значительного количества танков атакующего. Кроме того, они могут быстро менять огневые позиции. В связи с этим заблаговременно обнаружить их чрезвычайно трудно. Поэтому для их подавления необходимо обстреливать большие площади с большим количеством артиллерии.

Лучшим способом является сопровождение танков артиллерийским огневым валом или последовательные сосредоточения артиллерийского огня по установленным районам расположения противотанковых средств противника. Огневой вал должен подавить и нейтрализовать противотанковые орудия и крупнокалиберные пулеметы обороны (при частичном их уничтожении) путем поражения личного состава, вынужденного укрыться в убежищах до подхода к ним атакующих танков. Для выполнения этих задач огневой вал должен быть достаточно сильным, с быстрыми и большими скачками.

Наш Полевой устав определяет, что «Подвижный заградительный огонь артиллерии дает надежное прикрытие танкам при расчете: один артиллерийский дивизион на каждые 300—400 м как по фронту, так и в глубину (прикрытие фланга)» (ПУ 36, ст. 188).

Таким образом, для обеспечения наступления танков при атаке дивизии на 3-километровом фронте необходимо не менее 10 дивизионов артиллерии.

При плотности обороны 10 км на дивизию, когда на 3-километровом фронте атакующей дивизии будет находиться 18—24 орудия обороны, для их подавления атакующая дивизия должна иметь еще 30—36 орудий.

Таким образом, только для подавления артиллерии, противотанковых орудий и крупнокалиберных пулеметов атакующая на 3-километровом фронте дивизия должна иметь не менее 120—130 орудий, или в среднем 40—45 орудий на 1 км фронта атаки.

При увеличении плотности обороны или при наличии сильно укрепленных позиций артиллерийские плотности атакующего должны быть значительно увеличены. И наоборот, при уменьшении плотности обороны артиллерийские нормы атакующего могут быть несколько уменьшены.
Необходимо подчеркнуть особую целесообразность применения дымовых снарядов в артиллерийском огневом вале (20—30% дымовых снарядов), так как огонь противотанковых орудий совершенно недействителен при их ослеплении дымом или при дымовой маскировке атакующих танков.

При отсутствии танков у атакующего или при их количественном недостатке артиллерийские плотности атакующего должны быть несколько увеличены.

Опыт прорывов 1918 г. показал необходимость артиллерийской подготовки, так как без нее атакующий нес тяжелые потери. В условиях будущей войны продолжительность артиллерийской подготовки должна будет измеряться несколькими часами, в зависимости от силы оборони и артиллерийских плотностей атакующего.

Без мощных артиллерийских средств в современных условиях нс может быть осуществлен тактический прорыв.

Роль танков в прорыве. Основным назначением танков, поддерживающих атакующую пехоту, является уничтожение, подавление и нейтрализация огневых средств обороняющейся пехоты и в первую очередь ее пулеметов.

Для того чтобы танки могли подавить огневые точки обороны, необходимо около 20 танков, а включая танки вторых эшелонов — около 30 танков на 1 км атаки. Кроме того, танки должны проделать проходы в проволочных заграждениях обороняющегося.

Танки ДД имеют задачей атаку артиллерии, резервов и отходящих частей обороны. Ориентировочная норма — не менее 3—4 танковых батальонов на атакующий стрелковый корпус.

Вышеприведенные танковые плотности должны быть увеличены при большей плотности обороны (меньше 10 км на дивизию) и при сильно укрепленных позициях обороняющегося. При незначительной плотности обороны (20 км и более на обороняющуюся дивизию) они могут быть уменьшены.

Роль авиации. Опыт войны 1918 г. показал, что штурмовая и легкобомбардировочная авиация находила на поле сражения важные цели для поражения (стреляющую артиллерию, тактические резервы, важные опорные пункты, отходящие группы войск и т. д.), чем значительно способствовала совершению прорывов и ликвидации живой силы на поле сражения.

Опыт войны в Испании 1936/37 г. также показывает целесообразность действий боевой авиации на поле сражения.

В будущей войне сила обороны (при плотности 10 км и менее на дивизию) будет настолько огромной, что во время прорыва должны быть использованы все наличные средства подавления, в том числе и легкая боевая авиация, для уничтожения обороняющегося на поле сражения. Объектами действий штурмовой и легкобомбардировочной авиации на поле боя должны быть резервы и отходящие войска обороны, артиллерия и особо важные тактические опорные пункты.

Роль химического оружия. Важную роль должно играть искусное использование дымовых средств всех видов (дымовые снаряды, дымовые шашки, наземные подвижные дымовые приборы, авиадымприборы и т. д.) для нейтрализации и понижения действительности огня обороны (действительность ружейно-пулеметного огня понижается при ослеплении стреляющих огневых точек в 10—15 раз, при маскировке дымом целей, по которым ведется огонь, — в 3—5 раз).

Роль пехоты. Продвижением пехоты в конечном итоге определяется успех прорыва. Несмотря на использование громадных средств подавления, атакующая пехота будет встречать достаточно серьезное сопротивление обороны. Пехота должна будет проявлять исключительную энергию и инициативу. Она должна всегда смело и быстро следовать за атакующими танками или мощным артиллерийским огневым валом с тем, чтобы застигнуть противника в положении «подавления», когда он еще прижат к земле, укрылся в окопах и убежищах и не успел использовать свое оружие против атакующей пехоты. Малейшее отставание пехоты от танков или огневого вала артиллерии может стоить ей громадных потерь. Даже при современных способах одновременного подавления всей глубины обороны противника и при наличии большого количества средств подавления, пехота сама должна ликвидировать подавленного, временно нейтрализованного противника и завоевывать местность в теснейшем взаимодействии с поддерживающими ее артиллерией, танками, авиацией, химическим оружием.

Кроме того, пехота своими средствами (пехотные орудия, пулеметы, снайперы) должна подавлять внезапно открывающиеся на близких дистанциях противотанковые орудия и крупнокалиберные пулеметы, с тем чтобы помочь танкам решить их задачи.

Пехоте при поддержке артиллерии нередко придется самостоятельно овладевать противотанковыми препятствиями (минные поля, прочные надолбы и т. д.), обеспечивая возможность дальнейших успешных действий танков.

Плотность атакующей пехоты наш ПУ 36 определяет от 2 до 3,5 км на стрелковую дивизию(3), в зависимости от плотности обороны и наличия средств подавления.
__________
3. Такую плотность устав определяет только для ударной группы дивизии, вся же полоса наступления дивизии может быть вдвое шире. — Ред.


Одновременное поражение всей тактической глубины обороны. Как мы уже отмечали выше, наш ПУ 36 требует атаковать противника с одновременным поражением и подавлением всей глубины его тактического расположения.

«Современные средства подавления, в первую очередь танки, артиллерия? авиация и механизированные десанты, примененные в крупном масштабе, дают возможность организовать одновременную атаку противника на всю глубину его боевого порядка, с целью его изоляции, полного окружения и уничтожения» (ПУ 36, ст. 112).

«Во взаимодействии всех средств борьбы наступательный бой должен вестись на основе одновременного подавления всей глубины обороны противника.

Это достигается:

а) воздействием авиации на резервы и тыл обороны противника;
б) поражением артиллерией всей глубины тактического расположения противника;
в) проникновением танков дальнего действия (ТДД) в глубину тактического расположения противника;
г) вторжением пехоты с танками ПП в расположение противника;
д) выброской в глубокий тыл противника механизированных и кавалерийских соединений;
е) широким применением дымов для маскировки своего маневра для введения противника в заблуждение на второстепенных участках.

Тем самым противник должен быть скован на всю глубину своего расположения, окружен и уничтожен» (ПУ 36, ст. 164).

Одновременное подавление и одновременная атака всей глубины тактического расположения противника требуют больших количеств средств подавления. Лишь при наличии их возможна успешная атака на всю глубину обороны с крупными шансами на полную ликвидацию всей живой силы и средств обороны, находящихся в зоне тактической обороны. Это в значительной степени подтверждается опытом войны 1918 г.

При ограниченных и недостаточных средствах попытка одновременного подавления всей глубины расположения противника привела бы лишь к распылению средств в глубину и не дала бы положительных результатов. Поэтому при недостатке средств подавления атакующий вынужден будет их использовать сосредоточенно для подавления только тех объектов, которые на данном этапе боя являются решающими, наиболее важными, с тем чтобы после этого сосредоточивать усилия на следующие очередные объекты подавления.

Для одновременного подавления глубины обороны средства подавления могут применяться в разных комбинациях в зависимости от силы и характера обороны и наличия средств подавления.

Еще раз подчеркиваем, что плотность и характер обороны на разных участках фронта восточноевропейского театра войны будут различны; поэтому нормы средств подавления и методы прорыва также должны быть различны и зависят от условий конкретной обстановки.

[Раздел "Развитие тактического прорыва в оперативный" пропущен, т.к. во многом повторяет другую статью Я. Жигура]
Tags: 1918-1941, Военная мысль, Военная теория, журналы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments