Из опыта перманентной "мобилизации" в гражданской войне
С. ВАРИН
Уроки гражданской войны
I. Частные поражения
Характерной чертой войн при массовых армиях являются крупные разгромы больших войсковых соединений (корпусов, армий и фронтов), при чем эти разгромы, несмотря на свои иногда даже катастрофические размеры, все же не несут за собой ни решительного поражения, ни решительных побед соответствующим сторонам. Борьба после таких разгромов продолжается с тем же упорством и напряжением. Самые же разгромы, как бы они ни были серьезны, впоследствии рассматриваются как "частные эпизоды". Чтобы судить о размерах этих "частных эпизодов", достаточно вспомнить разгром, нанесенный немцами нашим I и II армиям в 1914 году, когда наша II-я армия была совершенно выведена из строя. Не меньший разгром в том же году был — уже нами — нанесен австрийцам. Затем, та же участь постигла французов, когда немцы оказались в непосредственной близости к Парижу. Тем не менее война продолжалась и перечисленные разгромы ни в коем разе не предопределили победы и поражения.
Мы, очевидно, имеем дело с некоторым отступлением от принципа "частной победы". Это отступление объясняется особой чертой массовых армий, при которой принцип "частной победы", под влиянием массы войск, большой длины занимаемых ими фронтов и богато развитой военной промышленности, принял другие очертания.
Теперь для решительной победы недостаточно на одном каком-нибудь участке колоссального фронта произвести разгром. Этот разгром отнюдь не скажется на противоположном фронте. Разгромленный же участок будет легко восстановлен новой армией и новой материальной частью, после чего игра начнется заново. В войне современных больших армий для действительного разгрома противника нужна сумма непрерывных и планомерных побед на всем фронте борьбы, последовательно дополняющих одна другую и связанных между собою во времени. Только при помощи такой цепи побед можно рассчитывать сокрушить волю противника, не позволив ему использовать имеющиеся в его распоряжении живые и материальные средства для восстановления разгромленных участков. Число же слагаемых суммы частных побед пропорционально величине фронта, массам сил, средств и моральной стойкости противника. Но ясно, что указанные выше отдельные разгромы, произведенные разовым порядком, не могли иметь решительных результатов и действительно остались эпизодами в общем ходе всей борьбы.
Ту же картину крупных разгромов мы наблюдали и в пору гражданской войны.
Здесь так же, как и в последней империалистической, войне, эти разгромы достигали катастрофических размеров. Наша 5-я армия была почти сведена на нет адмиралом Колчаком. Деникин произвел чуть-ли не разгром всего правого фланга Южного фронта, Врангель растрепал до последнего нашу 13 армию. И все же победа осталась не за Колчаком, не за Деникиным и не за Врангелем. Победила та сторона, которой удалось суммировать свои удары, нанося таковые непрерывно и тем самым не позволив противнику залечить свои раны.
Мы не будем здесь заниматься разбором вопроса, почему морально сильнейшей стороной оказалась наша Рабоче-Крестьянская власть с ее Красной Армией, боровшейся при условии материальной бедности против врага, у которого была солидная помощь Антанты с ее неисчерпаемыми материальными богатствами. Причину нашего морального превосходства уразумели в последнее время даже наши закоренелые враги. Мы вышли бы из рамок статьи, если бы вздумали здесь подробно остановиться на рассмотрении вопроса, каким образом Красной Армии удалось суммировать свои удары и сохранить непрерывность операции. Мы ограничимся только указанием, какие меры Красной Армии приходилось принять в целях ослабления последствий частных поражений, получивших в операциях массовых армий право своего существования.
Очевидно, что необходима была исключительная быстрота в деле восстановления разгромленных участков. Ограничиться обычной посылкой пополнений маршевыми ротами, конечно, не приходилось по той простой причине, что после этих разгромов в частях обычно оставались лишь штабы, тыловые учреждения, обозы и ничтожные боевые кадры с невероятно ослабленной материальной частью. Путь обычных пополнений затянул бы дело в то время, когда быстрота восстановления разгромленных организаций (полков, бригад и даже целых дивизий) являлась главнейшим условием успеха в дальнейшей борьбе. Заменить разбитые части свежими частями перегруппировкой на фронте было для нас непосильно вследствие вообще недостатка сил. К тому же эти перегруппировки были и принципиально неприемлемы для Красной Армии, избегавшей системы использования резервов для затычки дыр и всяких прорех. Оставалось одно: создать такую "фабрику", откуда можно было бы получать сразу готовые части для восстановления разгромленных частей на фронте. С этой целью и были образованы запасные армии, в которых формировались боевые единицы в составе целых баталионов, батарей, полков, бригад и дивизий. Эти новые формирующие аппараты позволяли восстанавливать в возможно минимальный срок разгромленные участки армий и фронтов.
На организацию такого рода аппаратов формирований нас толкали и другие мотивы, из коих главнейшими надо признать нашу материальную бедность с одной стороны, а с другой — наше твердое желание перейти в деле формирований от кустарных приемов к более организованным, скажем, "фабричным". На запасные армии в этом последнем отношении было обращено особое внимание в смысле обмундирования, продовольствия, вооружения, обучения и воспитания.
Для того, чтобы правильней оценить эти новые приемы формирования, достаточно указать, что одна запасная армия, состоящая в непосредственном подчинении центру, с июля 1919 года по декабрь 1920 года, в период важнейших операций на Южном, Западном и Врангелевском фронтах, дала следующие формирования:
ТАБЛИЦА.
Из этой схемы видно, что наиболее боевые фронты на 40% были укомплектованы запасной армией; в общем-же зап. армия дала всем фронтам 34% пополнений.
Работа запасных армий еще далеко не исчерпывала всех мер для восстановления разгромленных участков фронта или части. Принимались и другие меры, исключительно ценные по своей могущественности. Я имею в виду политическую революционную работу вообще и мобилизации рабочих и коммунистов в особенности, которые неизменно производились при катастрофических разгромах в угрожаемые районы. Вот эти волны коммунистов и рабочих, которые докатывались до угрожаемых участков, и являлись той моральной силой, которая охватывала необстреленные, свежие части и укрепляла нравственно и физически разбитые остатки частей, подымая их подчас до той высоты, когда от них можно было требовать новых героических усилий и побед.
Мощность указанной выше поддержки не поддается обычному учету. Но она получила свое выражение в результате боев — в победе.
Военная наука и революция. 1921. № 2.
Уроки гражданской войны
I. Частные поражения
Характерной чертой войн при массовых армиях являются крупные разгромы больших войсковых соединений (корпусов, армий и фронтов), при чем эти разгромы, несмотря на свои иногда даже катастрофические размеры, все же не несут за собой ни решительного поражения, ни решительных побед соответствующим сторонам. Борьба после таких разгромов продолжается с тем же упорством и напряжением. Самые же разгромы, как бы они ни были серьезны, впоследствии рассматриваются как "частные эпизоды". Чтобы судить о размерах этих "частных эпизодов", достаточно вспомнить разгром, нанесенный немцами нашим I и II армиям в 1914 году, когда наша II-я армия была совершенно выведена из строя. Не меньший разгром в том же году был — уже нами — нанесен австрийцам. Затем, та же участь постигла французов, когда немцы оказались в непосредственной близости к Парижу. Тем не менее война продолжалась и перечисленные разгромы ни в коем разе не предопределили победы и поражения.
Мы, очевидно, имеем дело с некоторым отступлением от принципа "частной победы". Это отступление объясняется особой чертой массовых армий, при которой принцип "частной победы", под влиянием массы войск, большой длины занимаемых ими фронтов и богато развитой военной промышленности, принял другие очертания.
Теперь для решительной победы недостаточно на одном каком-нибудь участке колоссального фронта произвести разгром. Этот разгром отнюдь не скажется на противоположном фронте. Разгромленный же участок будет легко восстановлен новой армией и новой материальной частью, после чего игра начнется заново. В войне современных больших армий для действительного разгрома противника нужна сумма непрерывных и планомерных побед на всем фронте борьбы, последовательно дополняющих одна другую и связанных между собою во времени. Только при помощи такой цепи побед можно рассчитывать сокрушить волю противника, не позволив ему использовать имеющиеся в его распоряжении живые и материальные средства для восстановления разгромленных участков. Число же слагаемых суммы частных побед пропорционально величине фронта, массам сил, средств и моральной стойкости противника. Но ясно, что указанные выше отдельные разгромы, произведенные разовым порядком, не могли иметь решительных результатов и действительно остались эпизодами в общем ходе всей борьбы.
Ту же картину крупных разгромов мы наблюдали и в пору гражданской войны.
Здесь так же, как и в последней империалистической, войне, эти разгромы достигали катастрофических размеров. Наша 5-я армия была почти сведена на нет адмиралом Колчаком. Деникин произвел чуть-ли не разгром всего правого фланга Южного фронта, Врангель растрепал до последнего нашу 13 армию. И все же победа осталась не за Колчаком, не за Деникиным и не за Врангелем. Победила та сторона, которой удалось суммировать свои удары, нанося таковые непрерывно и тем самым не позволив противнику залечить свои раны.
Мы не будем здесь заниматься разбором вопроса, почему морально сильнейшей стороной оказалась наша Рабоче-Крестьянская власть с ее Красной Армией, боровшейся при условии материальной бедности против врага, у которого была солидная помощь Антанты с ее неисчерпаемыми материальными богатствами. Причину нашего морального превосходства уразумели в последнее время даже наши закоренелые враги. Мы вышли бы из рамок статьи, если бы вздумали здесь подробно остановиться на рассмотрении вопроса, каким образом Красной Армии удалось суммировать свои удары и сохранить непрерывность операции. Мы ограничимся только указанием, какие меры Красной Армии приходилось принять в целях ослабления последствий частных поражений, получивших в операциях массовых армий право своего существования.
Очевидно, что необходима была исключительная быстрота в деле восстановления разгромленных участков. Ограничиться обычной посылкой пополнений маршевыми ротами, конечно, не приходилось по той простой причине, что после этих разгромов в частях обычно оставались лишь штабы, тыловые учреждения, обозы и ничтожные боевые кадры с невероятно ослабленной материальной частью. Путь обычных пополнений затянул бы дело в то время, когда быстрота восстановления разгромленных организаций (полков, бригад и даже целых дивизий) являлась главнейшим условием успеха в дальнейшей борьбе. Заменить разбитые части свежими частями перегруппировкой на фронте было для нас непосильно вследствие вообще недостатка сил. К тому же эти перегруппировки были и принципиально неприемлемы для Красной Армии, избегавшей системы использования резервов для затычки дыр и всяких прорех. Оставалось одно: создать такую "фабрику", откуда можно было бы получать сразу готовые части для восстановления разгромленных частей на фронте. С этой целью и были образованы запасные армии, в которых формировались боевые единицы в составе целых баталионов, батарей, полков, бригад и дивизий. Эти новые формирующие аппараты позволяли восстанавливать в возможно минимальный срок разгромленные участки армий и фронтов.
На организацию такого рода аппаратов формирований нас толкали и другие мотивы, из коих главнейшими надо признать нашу материальную бедность с одной стороны, а с другой — наше твердое желание перейти в деле формирований от кустарных приемов к более организованным, скажем, "фабричным". На запасные армии в этом последнем отношении было обращено особое внимание в смысле обмундирования, продовольствия, вооружения, обучения и воспитания.
Для того, чтобы правильней оценить эти новые приемы формирования, достаточно указать, что одна запасная армия, состоящая в непосредственном подчинении центру, с июля 1919 года по декабрь 1920 года, в период важнейших операций на Южном, Западном и Врангелевском фронтах, дала следующие формирования:
ТАБЛИЦА.
Пехота Кавалерия Артиллерия Инж. войска. Стр. дивизий 1 Дивизий 2 Арт. дивизион. 20 Саперн. рот 1 Стр. бригад 26 Бригад 4 Арт. батарей 15 Понтон. б-нов 1 Стр. полков 3 Полков 12 Баталион. 203 Эскадронов 53 Команд 2 Пулем. команд. 12Все эти части были отправлены на фронты согласно прилагаемой схемы.
Из этой схемы видно, что наиболее боевые фронты на 40% были укомплектованы запасной армией; в общем-же зап. армия дала всем фронтам 34% пополнений.
Работа запасных армий еще далеко не исчерпывала всех мер для восстановления разгромленных участков фронта или части. Принимались и другие меры, исключительно ценные по своей могущественности. Я имею в виду политическую революционную работу вообще и мобилизации рабочих и коммунистов в особенности, которые неизменно производились при катастрофических разгромах в угрожаемые районы. Вот эти волны коммунистов и рабочих, которые докатывались до угрожаемых участков, и являлись той моральной силой, которая охватывала необстреленные, свежие части и укрепляла нравственно и физически разбитые остатки частей, подымая их подчас до той высоты, когда от них можно было требовать новых героических усилий и побед.
Мощность указанной выше поддержки не поддается обычному учету. Но она получила свое выражение в результате боев — в победе.
Военная наука и революция. 1921. № 2.